Акренор.

точного времени нашего прибытия и могли не успеть подготовиться.
Принц отрицательно мотнул головой.
— Нам не до формальностей. Мы едем не с официальной миссией. Поэтому чем меньше поднимем шуму, тем лучше.
— Все равно завтра весь город будет знать, что их посетил представитель королевской семьи.
— Пусть знают. — Денис ободряюще улыбнулся, показывая капитану, что он совершенно не должен волноваться по этому поводу.
Стража у ворот, заприметив солидную компанию вооруженных людей, засуетилась. Кто-то из стражников прищурился, пытаясь на фоне клонившегося к горизонту солнца получше рассмотреть приближающихся всадников, кто-то схватился за оружие. Один наиболее ретивый даже кинулся закрывать ворота, но, не поддержанный товарищами, быстро оставил это занятие.
Мечник на фланге подхлестнул коня и вырвался вперед, подскакав к стражникам первым. Спрыгнув с не остановившегося до конца животного, он повернулся к стражникам левым плечом и выразительно постучал костяшками пальцев по гербовому щитку, закрепленному у него на плече. После чего убрал руку, давая охране города возможность рассмотреть личный герб королевского дома — вздымающегося на дыбы единорога. Щиток был выкован из железа с небольшой примесью серебра. Будучи начищенным, этот сплав приобретал необычный, как будто светящийся, белый цвет, но быстро тускнел, если не подвергался постоянному уходу. Этим и пользовались личные гвардейцы короля и принцев, единственные, кто имел право носить на плече символ королевского рода.
Единорог на щитках был слегка выпуклым. Существующая несколько поколений неписаная традиция гвардейцев основывалась именно на этом. Гвардейцы короля не начищали свои щитки никогда. Вместо этого они время от времени проводили рукавом своих кожаных курток по металлу, стараясь не нажимать слишком сильно. У наиболее опытных получалось так, что единорог как будто сиял внутренним светом на фоне остававшегося тусклым Щитка. Сияющий единорог стал не только символом королевского рода, но и знаком королевской гвардии. Особый металл, величайшее искусство мастеров, и ко всему этому прибавлялись традиции гвардейцев. В результате королевский гербовый щиток почти невозможно было подделать. Более того, знающие люди могли по щитку определить его владельца. Ведь каждый единорог, создаваемый мастерами, был по-своему уникален. Он погибал вместе с владельцем или передавался по наследству молодому пополнению.
Единорог блеснул на солнце, когда мечник повернулся, перехватывая своего коня и отводя его в сторону чтобы дать возможность принцу беспрепятственно проехать через ворота. После этого он кивнул до сих пор ошарашенным стражникам, коротко бросив:
— Его высочество Денис. Младший сын короля.
Вскочив на коня, мечник последовал за своим отрядом.

— Барон Хольм, рад видеть вас в добром здравии. — Принц счел необходимым даже немного поклониться, что считалось не просто необязательным, но даже несколько противоречащим придворному этикету. — Сколько мы не виделись, барон?
Старик улыбнулся:
— Очень долго, мой принц. Вы приезжали тогда с вашим отцом и старшим братом, лето было очень засушливым, в тот год мы едва остановили бунт. — Барон на мгновение задумался, потом кивнул сам себе. — Да, это было семь лет назад. Вы возмужали за это время, ваше высочество.
— Как ваши сыновья, барон?
— Спасибо, мой принц, спасибо. Мои сыновья здоровы, а это главное. Я сожалею, что они не смогли вас встретить. Мы не были вовремя предупреждены…
— Я знаю, барон. Я здесь не с официальным визитом. Скорее я собираю информацию. Надеюсь, что вы наслышаны о том, что в королевстве неспокойно. Но мы до сих пор не знаем, кто стоит за множеством последних событий.
Старик тяжело вздохнул:
— Да, мой принц. Как ни прискорбно это признавать, но многие не хотят просто жить спокойно в мире и согласии. Неужели для того, чтобы полюбить жизнь, нужно прожить ее почти до конца. Я не жалею о прожитом, не жалею ни об одном своем дне, отпущенном мне в книге судеб. Но сейчас я перестал понимать людей, которые готовы убивать и рисковать быть убитыми ради золота или власти. Разве это стоит хоть одной жизни?
Принц промолчал, не совсем понимая, что он может ответить.
— Я понимаю, мой принц. Не слушайте старого ворчуна, которому давно пора отправиться к Лодочнику и освободить место своим сыновьям. Просто мне жаль, что мудрость дается только вместе со старостью.
— Вы еще достаточно крепки, уважаемый Хольм. Не прибедняйтесь. — Принц озорно улыбнулся. — Кроме того, вы должны радоваться тому, что мудрость пришла к вам хотя бы сейчас. Почему-то мне кажется, что многим