Акробат. Дилогия

скоро будет готов, если верить нашей стряпухе.
— Великодушно прошу извинить, добрые господа. Но не разрешите ли мне немного поспать у вашего костра? За последнее время я не нашел достаточно топлива для костра. А без огня ночью лучше не спать. Попадается, знаете ли, такое зверье, отгрызет ноги — проснуться не успеешь. Огня, впрочем, боятся. Даже дымок учуют — близко не подойдут. Вот я и иду, большей частью, ночью, а днем мы с моим другом — жест в сторону ослика — отдыхаем. Благо, ночи нынче лунные. Но и холодные. Мне сейчас сон возле огня милее еды. А спою я вечером. Не возражаете?
— Пусть будет так, — сказал Скиталец. Похоже, появился повод не принимать немедленно решение, куда отправляться — на перевал или назад, на Побережье. Что же, подождем до вечера, а то и до утра. Еще раз все, как следует, обдумаем…

Из ненаписанного дневника Скитальца:
«Весь день на нервах! Заметил недалеко от ущелья двоих соглядатаев. Раньше они так близко не подбирались. Почему же сейчас осмелели? На что-то решились? Надо бы их культурно порасспросить, да боязно оставлять лагерь. Тем более, что возле костра спит незнакомый детина. Волчонок, конечно, тоже парень не промах, но, мало ли что может случиться? Хорошо, если с палицей — лицом к лицу, а если ножом, да в спину? Нет, лучше пока просто понаблюдать. Благо, мой «хвостик» нашел себе занятие — гоняется за ящерицами между камнями.
К ночи наблюдатели ушли, а новые их не сменили. Из-за знакомого холма снова выплыло красноватое марево. Похоже, ребята решили, что до утра мы никуда не денемся. Что же, и на том — спасибо! Тем более, что Принцесса запахом своей похлебки уже вызвала обильное слюновыделение. Даже певец уже потягивается и крутит своим плоским носом, что тот флюгер. Какова там у нас программа после ужина? Концерт, танцы?
Сказитель, не торопясь, готовился к выступлению. Музыкальные инструменты у него занятные. Я таких до сего дня не встречал. Ящик, обтянутый кожей и прилаженной к нему доской, похожий на средних размеров чемодан. Вдоль доски идут струны, скорее всего, из сухожилий каких-то животных. Ладов нет, зато сверху расположены рычажки — именно с их помощью меняется натяжение струн. Та еще гитара! Или не гитара? Играет на ней артист костяным крючком: то дергает струны, то елозит по ним, а то и по ящику постучит, как по барабану. Еще у него имеется небольшая карусель — колесо на палке, а на нем навешены медные звоночки, ракушки, планочки из кости. По ним тоже крючок время от времени прохаживается. Да и шляпа с бубенчиками — тоже инструмент, если потрясти головой как следует. Плюс хриплый голос, как по мне, без малейшего намека на слух. (Впрочем, это мы — слушатели, а он — певец, ему-то слух на кой?). Прямо, человек-оркестр!
Песни тоже немало озадачили. Уж на что я — человек от искусства далекий! Но всю жизнь думал, что стихи — это когда есть рифма и ритм. Или хотя бы, что-то одно. Но если ни того, ни другого!.. А музыка? Ой, промолчу лучше! Помню, когда-то очень давно, гуляя по Андреевскому Спуску — это еще дома, в родной столице — затронул, на свою голову, одного художника-абстракциониста… Такого наслушался о мировосприятии творческой натуры и полном убожестве людей без фантазии и таланта… Не будем повторять прошлых ошибок и упрячем свои суждения подальше — мы нынче не дома. Тем более, что публика довольна. Принцесса смотрит на него, как юная фанатка на сэра Пола Мак-Картни — глазки горят, щечки пылают, хлопает в ладоши, и, того гляди, в пляс пустится. Да и Айра улыбается, подсвистывает, перстами щелкает. Волчонок в музыке такой же знаток, как и я — он больше на Принцессу пялится. Любуется, но зубами скрежещет — не на него девчонка смотрит, не им восхищается. Даже малышу передалась общая атмосфера — снова прыгает вокруг, всех дергает за одежду, цепляется за плечи, заливисто хохочет. Пусть себе. Похлебке уже бояться нечего — съедена, и котел вымазан остатками лепешек.
Пробую вникнуть в содержание песенки. Ага, у старого хана была молодая жена, а недалеко от его стана проезжал молодой красавец-воин… Вечная тема!