Аланар.

дыханию, пока незаметно для себя не уснула.

Новый день встретил меня шумом, доносящимся с улицы. Продрав глаза, я села и огляделась. В комнате никого не было. Все одеяла большой горкой были сложены в углу. Я встала, обулась, повесила на пояс ножны, мирно лежавшие рядом с подушкой, и собралась выйти в коридор, на поиски друзей.
– Уже проснулась? – дверь скрипнула, пропуская в каморку Хеву. – А ваши все разбрелись кто куда. Народ в городе прибирается после чумы, но праздник делать не стали. Грешно оно радоваться, когда княгиня с принцессой померли.
– Какой праздник? – опешила я.
Бабка беззубо ощерилась.
– Так ведь мор прошел, девонька!
Мне вспомнились предсмертные слова княгини. Значит, чуму на родных Велии действительно напустили. Интересно, кому это было нужно?
Я выглянула в окно в надежде увидеть там хоть одну знакомую физиономию. Площадь перед замком была битком набита людьми, толпившимися перед наспех сделанными рыночными рядами. На этом импровизированном базаре, забыв о своих бедах и несчастьях, отчаянно торговались покупатели и торговцы, галдя, словно стая сумасшедших воробьев.
Чего тут только не было: всевозможные фрукты, продукты, зелья, вещи, оружие. Вдалеке пестрели яркие ковры, бренчали амулетами знахари, а за всем этим изобилием тянулись ряды с мычащей и рычащей живностью. В центре торговой площади стоял импровизированный помост, сделанный из перевернутой старой телеги. На нем, под струнные переборы похожего на лютню инструмента, звонко пела невысокая, одетая в старое платье светловолосая девушка, пританцовывая в такт себе босыми ногами. Я заинтересовалась и навострила уши. Все-таки, я так мало сталкивалась с песенным фольклором этого мира.

Девушка допела, поклонилась, ссыпала себе в карман монеты, доверху