Аланар.

изумлению не было предела. Все мои царапины, родинки и шрамы исчезли, а сама кожа стала нежной, приобретя чуть золотистый оттенок.
Минуты две я ошеломленно разглядывала и ощупывала руку. Затем, выбравшись из бочки, намазалась этой зеленью вся с головы до ног, не забыв и про свои, уже порядком отросшие волосы. Усевшись на лавку, я стала ждать, когда все это высохнет. Ага! Как же! Местное мыло не впитывалось и не высыхало, и я могла сидеть в таком зеленом виде хоть до Китайской, пардон, бесовской пасхи, если таковая у них имеется.
В конце концов мне это надоело. Я решительно залезла в бочку с теплой водой и вдоволь там наплавалась. Выбравшись из воды, я не удержалась и стала себя разглядывать. Кожа как у младенца: нежная, гладкая, ни единого шрама или прыщика, а волосы рассыпались по плечам, волосинка к волосинке. (Ни одному парикмахеру нашего мира не добиться такого результата.)
Подумывая, как бы наладить импорт бальзамов в наш мир, я с наслаждением расчесалась, и, завязав потуже полотенце, решительно постучала в дверь. Она тут же распахнулась, будто с той стороны меня уже ждали.
Уже другая девушка с серебристыми, заплетенными в две косы волосами, с поклоном протянула мне стопку вещей.
– Прошу, госпожа, – она с вежливой улыбкой подняла на меня изумрудные как у Велии глаза.
– Ты тоже полукровка? – осенило меня.
Она, не переставая улыбаться, так же вежливо ответила.
– В нашем городе полукровки, конечно, редкость, но они есть. И нас никто, как это было несколько столетий назад, не уничтожает. При правлении княгини Мервиль наша жизнь стала лучше. Ведь раньше, если полукровка выживал, то почти всегда попадал в рабство.
Я взяла у нее вещи и улыбнулась в ответ.
– Спасибо! В вашем городе чудесные бани!
– В Великограде все чудесное! – серьезно ответила девушка и, выходя за дверь, робко добавила. – Поскорей бы на трон сел принц Велия!

Развернув тюк, я с удивлением увидела свои чистые и сухие вещи. И когда успели?
Я оделась, заправила штаны в сапоги и повесила на пояс ножны. Даже слегка пожалела, что не одела утром дорожный плащ! Тоже бы постирали! Собрав в хвост волосы, чистая и довольная я вышла за дверь.
В комнате, позолоченной лучами закатного солнц, суетилась черноволосая служанка. Увидев меня, она с улыбкой поклонилась.
– С чистым телом, госпожа!
– Хорошее пожелание, – одобрила я и замялась, поглядывая на нее. – Велия пообещал, что меня проводят, ты не знаешь кто? А то я в вашем городе недавно, боюсь заблудиться.
Она с сознанием дела кивнула.
– Да! Пойдемте госпожа, я провожу, – и, не медля ни секунды она, открыв дверь, жестом пригласила меня следовать за собой.
Проделав тот же путь, что и с Велией, я в сопровождении служанки дошла до жилой части дворца.
– Где вы остановились? – поинтересовалась она.
– В комнате няньки Велии, кажется, Хевы. Надеюсь, ты знаешь, где ее дверь, потому что я в этой общаге дворцового типа не разбираюсь!
Служанка покосилась на меня, явно не понимая некоторые слова, и кивнула.
– Да, ее комната в дальнем крыле второго этажа. Пойдемте, я доведу вас.
Вскоре мы остановились перед знакомой дверью.
– Она живет здесь, госпожа! Надеюсь, вам сегодня все понравилось. Приятного отдыха, – и, поклонившись, пошла прочь.

В комнате не было только Велии и драконов. Наверное Ниаза опять повела Лузю в свиткохранилище, пытаясь наверстать упущенное в его образовании.
– Привет, собратья по маразму! Как прошел сегодня день? – радостно поприветствовала я всех.
– Ну, судя по твоему настроению и повышенному ехидству, твой день прошел замечательно, – поднял на меня насмешливый взгляд Барга.
– Ага, сейчас будет издеваться, пока не устанет! – опасливо покосился Ларинтен.
– Тань, а ты случайно Велию не видела? А то его здесь все потеряли, особенно Барга! Что-то он к нему явно не равнодушен! – хихикнул Степан.
Я, напустив на себя многозначительный вид, прошла в комнату, взяла из оставшихся одеял парочку и прошла к облюбованному мною месту у окна.
– Кстати, Великая,