Аланар.

он минуту живописно открывал и закрывал рот, видимо пытаясь призвать на помощь все свое красноречие. Наконец это ему удалось:
– Ты меня не понял!!! Я говорил – НЕ ДАЙ, Всевидящий, коротко подстричься и покраситься в черный цвет!!!
– Этого я, конечно, не слышал, – вытирая слезы, простонал Лендин, – но черненький паричок на дне твоего сундука уже моль погрызла! Ты бы его хоть проветриваться доставал!
– Ложь! Нету у меня никакого паричка! Враги подбросили! И моль его не прогрызла! Я и так, ап… – Понимая, что ляпнул лишнее, Ларинтен, возмущенно сопя, зажал рот ладонью.
В царившем веселье никто не заметил, как дверь тихо приоткрылась и в комнату тенью скользнула Сальвина. Кроме, пожалуй, Джифа.
– Ты сегодня рано! – Он поднялся ей навстречу.
Веселье как-то смялось.
– Я все сделала пораньше и ушла. – Она боязливо прошла мимо разглядывающих ее мужчин и, с усилием подняв, водрузила на стол две внушительные корзины. – Это ужин и завтрак.
Мужчины переглянулись.
– Ну? Ешьте же!
Второй раз просить не пришлось. Купленная на рынке еда уже успела перевариться, и желудки напоминали о себе легким голодом. Все столпились у стола, разбирая хлеб и куски мяса.
Сальвина уселась на кровать, молча поглядывая на повеселевших мужчин.
– Госпожа, отчего ты не ешь? – К смутившейся девушке подошел Шарз и опустил ей на колени маленькую тарелочку с кусочками мяса и большим ломтем хлеба.
Она подняла на него испуганные глаза.
– Но, господин, так нельзя! Так не принято! Хорошая хозяйка ест только после гостей!
Дракон улыбнулся.
– Сегодня не тот случай. Посмотри – боюсь, после сегодняшних гостей ты рискуешь лечь спать голодной! Так что ешь и будь счастлива!
Оставив девушку удивленно таращиться ему вослед, он подошел к не участвующим в коллективном ужине Велии и Джифу. Отставив табуретки, они сидели чуть поодаль от стола, о чем-то тихо переговариваясь.
– Когда нам завтра выходить?
– Караван приходит на рассвете, когда открываются городские ворота. К тому же о них нас предупредят звуки чарамчи. Этот рожок объявляет обо всех прибывающих караванах. Вот когда мы услышим…
Тихий стук в окно заставил Джифа вскочить, отдернуть штору и распахнуть ставни.
За окном стояли несколько стражников.
Мужчины сориентировались в долю секунды, застыв вдоль стен. Гномы сели на пол и теперь с сожалением поглядывали на топоры, приобретенные их спутниками сегодня на базаре. Колдун и дракон подошли к Джифу и встали рядом, угрожающе скрестив руки на груди.
– Спокойно, ребята! – Джиф успокаивающе махнул рукой. – Это мой начальник и по совместительству друг Ферж. Он сегодня дежурит по городу, а утром я как раз просил его зайти.
– Джиф, давай говори, что нужно, а то скоро полночь. Нам отмечаться во дворце, а мы еще не всё обошли. – В окне, согнувшись в три погибели, замаячил великан, горбатый нос которого оттенялся козырьком натянутой на глаза кепки. Чуть приподняв головной убор, он приветливо улыбнулся. – А это кто? Опять твои новые родственники?
Джиф, криво ухмыльнувшись, кивнул:
– О них я и хотел поговорить. Помнишь принца Корраша и чужеземцев прибывших с караваном?
У Фержа брякнулась челюсть.
– Ты сошел с ума?
– Мне нужно!
– Что тебе нужно? Остаток дней провести на угодьях лэра? Или веселить тиррад в доме Забвения? А о Сальвине ты подумал? – Стражник кивнул на девушку, не сводящую с них испуганных глаз. – Кому она будет нужна? Давай я лучше снова отведу их в дворцовые подвалы.
– Поверь! Я ничем не рискую. Они доверились мне. Я обещал помочь, но без твоей поддержки я ничего не смогу.
– И что на этот раз тебе нужно? – Стражник выжидательно сбавил тон.
– Завтра с утренним караваном прибывают смотрящие. Задержи их.
Горбоносый нахмурился:
– Зачем?
– Я все объясню, но потом!
Две пары черных глаз встретились, словно в немом противостоянии. Наконец Ферж моргнул и опустил взгляд.
– Надеюсь, ты знаешь что делаешь. Но запомни, даже ради самой важной цели на свете не нужно рисковать своей жизнью. – Он снова взглянул в потеплевшие глаза друга. – На сколько дней их нужно задержать?
Джиф задумался.
– Дня на три. Как обычно, до ожидания запроса.
– Уж разберусь, что придумать! А ты… – Не договорив, Ферж протянув руку, крепко сжал запястье Джифа, развернулся и пошел к ожидающим его в отдалении стражникам.
Победная улыбка скользнула по губам Джифа. Проводив глазами растворившийся в ночи отряд, он закрыл окно, задернул штору и оглядел настороженно молчавших гостей.
– Дорога в тиррариум открыта! А теперь всем спать.