Аланар.

Велия поднял на Владыку ставшие янтарными глаза.
– Кто-то узнал о Саниэль?
– Да. Как выясняется.
– И что делать? – Как унизительно чувствовать себя беспомощным!
– Над этим вопросом мы и спорили в тот момент, когда пришли вы. – Помолчав, Владыка, не отрывая взгляда от сына, будничным тоном продолжил: – Мы, естественно, проигнорируем эту угрозу. И в этом случае есть два варианта развития событий. Первый, и очень желанный, что ничего не произойдет. Второй, и более вероятный, что к следующему луностоянию мы и весь наш мир окажемся втянутыми во вторую войну рас. – Владыка задумчиво повертел все подряд украшающие его длинные пальцы кольца, выдавая тем самым крайнюю степень обеспокоенности. – Но я не думаю, что нам угрожает реальный противник. Скорее всего, какой-нибудь очередной безумный, охочий до власти родственничек, которого за этот месяц надо найти и…
Сжав кулаки, Пентилиан поставил их друг на друга и так выразительно крутанул, что все сидевшие за столом согласно закивали.
– А если не найдешь? – Велия произнес это спокойно и даже равнодушно, стараясь не выдать обуревающие его мысли.
Этого не может быть! Это бред! Ведь о том, что Саниэль – Светоч, знали единицы, и все они вне подозрений, по приказу отца принявшие Печать Молчания.
– Значит, будем готовиться к войне! Даже если неизвестный противник действительно расскажет всему миру о невероятной магической силе принцессы, в любом случае нас поддержат как минимум гномы, драконы и равнинные бесы, это если не считать людей и эльфов, но они не пойдут против своих повелителей. А значит, из семи официально заявленных главенствующих рас, на нашей стороне будут пять. Сам посуди. Кто остается с противником? Великаны? Наверняка. Заураски – возможно. А также вся низшая шушера, состоящая из горных бесов, гоблюков с их тварями и крагов. А если учитывать, что у нас лучшие маги…
– Нельзя недооценивать врага, отец. – Велия решительно поднялся, неподвижность обессиливала, и принялся мерить шагами залу. – Я до сих пор не могу забыть, да и вряд ли забуду, о древнем артефакте, совершенно случайно попавшем в лапки очередного искателя власти. Почему ты уверен, что у них нет преимуществ? Ведь выдвигать такие требования, не имея в ножнах двух заговоренных двуручников, может только сумасшедший, но… я не почувствовал в строчках этого письма ни капли обмана или безумства… – Он остановился напротив отца, не сводившего с него глаз, и скривил губы в усмешке. – Все более чем взвешенно и продуманно.
– Согласен. – Владыка вздохнул, отводя взгляд. – Несмотря на все мои радужные прогнозы, я чувствую приближение затяжной войны, что приведет наш стабильный и процветающий мир к застою и упадку. Но в этом случае мы выиграем время, за которое Саниэль вырастет и станет магом такой силы, что ей вряд ли сможет противостоять любой из ныне живущих магистров.
– Владыка, а почему вы не расскажете князю о том, что нам удалось узнать из старых свитков?
Голос самого старого, когда-то учившего его мага вырвал Велию из тревожной задумчивости, заставив насторожиться.
– И что же такое вы сегодня узнали? – Скользнув по магу изучающим взглядом, Велия в упор посмотрел на отца.
– Что ж, Диллиан… – Владыка словно решился и, взглянув на дворцового мага, кивнул. – Это твой ответ на решение данной проблемы. Будь добр, повтори нам его еще раз.
Перекинув за спину лежавшую на груди седую от времени косу, маг зачем-то поднялся и торжественно начал:
– Может, ты не знаешь легенду, о которой я хочу тебе рассказать, мой мальчик.
Велия невольно усмехнулся. Спустя столько лет его учителя все еще видели в нем нескладного, настырного мальчишку.
– Может, она и не поможет нашему общему горю. Но, прежде чем нападать на дракона, надо узнать все тайные ходы его пещеры. – Диллиан помолчал, вытаскивая из воздуха ветхую книгу, и, задумчиво полистав, начал читать: – «…После битвы той, не мечом и луком, а силой и магией врага победив, стал Виниар властителем великой расы перворожденных. И, отмеченный милостью Всевидящего, начал чувствовать, как сила его день ото дня прирастает и множится, а вместе с ней разрастаются земли и мощь его расы. И нарекли его за чудеса и могущество великое – Светочем Аланара. Но чем больше было у него земель и богатств, тем сильнее крепли в его сердце алчность и зависть. И объявил он войну всем, кто не покорился его власти и могуществу. Так началось братоубийство между покоренными Виниаром и расами, не согласными с волей тирана, не желающими жить под властью перворожденных.
Долго длилось это противостояние, пока перворожденные сами не захотели прекратить эту обессиливающую, бессмысленную войну. И вот однажды