Алёнка), и вот, наконец, парадная, на пороге которой стоит милое существо в пушистых тапках с помпончиками. Трусики до сих пор были на дитяти. Алёнка рывком спустила их до коленок этих милых детских ножек и, присев на корточки, всосала бутон. Кристя довольно-таки развратно попыталась насадиться бедрами на Алёнкин рот, но та прекратила сии поползновения, взяв малышку за руку и дав ей понять, что дома будет лучше. Маленькая послушно пошла за двинувшейся в сторону своего дома девочкой, останавливаясь, впрочем, то и дело, чтобы поправить свои падающие трусики да и заодно потрогать курок.
Как долог же подъем на этаж! Ну наконец-то. Скрипеть ключом в замке не нужно — дверь не заперта. Алёна, стиснув зубы — так хотелось лизать и быть вылизанной — буквально воткнула Кристину в спальню отца (поебаться с малышкой на кухне ей не пришло в голову; иного выбора не было. Валька с Настькой наверняка проснулись бы, а В. П. почивал крепко). Уложив ребенка на палас, Алёнка тщательно вылизала писёнку Кристи, затем, когда последняя тихонечко взвизгнула от наступившего оргазма, села на её рот, растопырив ножки, и стала ритмично двигаться, будто дроча. За этим занятием её и застиг спавший до последнего момента отец; проснувшись, он первым делом нашарил очки, водрузил их на нос и слегка прибалдел с действа.
— Дела! — сказал он, — ну да ладно! — После всего произошедшего нечему было удивляться.
Дочь слегка повизгивала от удовольствия, насаживаясь мандеткой на детский ротик. Писька была широко раскрыта, и Виталий Петрович обратил внимание на то, как крошечный детский язычок входит и выходит, когда дочь поднимается, полизывая детский клитор, и снова насаживается на него. Забавно, что маленькая девчушечка, не именя никакого сексуального опыта, была не дурочкой в интимном плане. Инстинкты, нах. Самка всего лишь самка. Он вспомнил, как соблазнил давным-давно крохотулечку-дочку своих друзей: дело было на даче, супружеская пара умотала в сельмаг за очередной порцией лимонада, а он взял да и выебал чадо. То есть не выебал, конечно, но оторвался по полной, насколько это возможно с трехлетним ребенком: забрызгал ей и платьице, и трусишки спермой, и даже сандалики не остались необкончанными. А ведь не хило. Девочка, что интересно, когда он ей лизал, опрокинув на спинку, обхватила его голыми ножками и попыталась их скрестить. Вот вам и сексуальное воспитание. Нет, блядскость заложена в этих чудовищах изначально. Тогда к чему удивляться педофильскому разгулу? Проблема явно надуманна. Вот пример, когда из мухи раздувают слона.
Все ж таки хорошо поебать маленькую девочку! В письку ли, в попку, спереди или сзади, в ротик вставить — да все едино. Хорошо!
У В. П. поднялся. Хотелось в туалет, но он не мог оторваться от сладострастного зрелища.
Доча использовала язычок новоприобретенной подруги на манер пениса. Её миниатюрное влагалище раскрылось необычайно широко; ножки были расставлены; так хотелось поласкать этот детский клитор.
В. П. прокашлялся.
Дочь, ни на секунду не останавливаясь, взглянула отцу в глаза. О, сколько было нежной страсти в этом взгляде. Девочка томно прикрыла веки, елозя на ротике Кристины. И спустила еще разок…
Отец проснулся, поняла Алёна. Палка, его палка у него должна стоять, особенно, если учесть выпитое накануне. Ну-ка, полижем.
Девочка присела на край папиной постели и запустила руку под одеяло. Обкончанная малышка валялась на ковре, уже не подавая признаков разврата. Пароксизм довольства. Алёнка погладила папины ноги под одеялом, добралась до пениса и подумала о том, что было бы неплохо залупить, но это было явно излишне. Головка уже была залуплена. Дочь стала двигать шкурку под одеялом туда-сюда. Отцу нравилось, и Алёна понимала это. Голая девочка выглядела настолько эротично, точнее, порнографично (да вы сами представьте… эх!), что папуля, не в силах сдерживаться, запачкал, дернувшись, детский кулачок.
Он встал, сходил по надобности, вернулся и учинил дочери допрос: мол, кто это, и как дальше с нею быть. Это девочка, стала объяснять Алёнка («Вижу!»), она просто зашла поебаться. Краешек луны к этому моменту зацепился за крышу детсада. — «И что дальше?» — «Ну так и посношай дитятко».
Мысль показалась заманчивой. Ребёнок тем временем пришел в себя и недвусмысленно намекнул, что, о да, идея неплохая. Член вскочил так, что чуть не ударил по лбу девчонки.
Виталию Петровичу пришлось опуститься на колени и, держа напрягшуюся колбаску в руках, всунуть её с трудом в лоно малютки. Пища́ и раскорячиваясь, малышка приняла пенис. Это и узрела внезапно проснувшаяся Валька.
— Папа, — зевая и протирая глаза, изрекла Валюха, — да вы никак на совсем уж малолеток
