У бывшего циркового артиста Анатолия интересная работа: он за деньги обеспечивает алиби неверным мужьям. Все было хорошо, да вот не повезло с очередным клиентом. Жизнь Анатолия в опасности: покушения на него следуют одно за другим. Анатолий понимает, что помочь ему может только старый знакомый Леня Маркиз. И теперь уже Леня попадает в опаснейшую переделку, да еще и втягивает в нее свою боевую подругу Лолу. Убийства, предательство… Кто стоит за всем этим? При чем здесь Анатолий? И какое отношение имеют к этому огромная черепаха и злобный бультерьер по кличке Малюта Скуратов?
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
голос, который объявил, как ведущий классического концерта:
— Ария индийского гостя! Исполняется впервые!
— Индира Ганди умерла… — машинально проговорил Анциферов.
Но ведущего уже сменил хриплый, полузадушенный, но все же хорошо знакомый женский голос:
— Умерла, говоришь? Ну и что? Я тоже умерла! Но это не значит, что меня можно забыть! Не слишком ли много ты о себе возомнил? Не забыл ли ты, кому обязан своим положением?
— Кто это говорит? — испуганно выдохнул Анциферов. — Это хулиганство! Прекратите немедленно!
— Ты всем обязан моему мужу! Если бы не вмешательство Геннадия — тебе не видать нынешнего поста как своих ушей!
— Пре… прекратите! — В голосе чиновника звучал самый настоящий ужас. Он помнил эти слова и этот голос… только в тот раз он не был придушенным — наоборот, он был резким, истеричным, раздраженным… — Кто это? — повторил Анциферов, не надеясь на ответ.
— Ты еще спрашиваешь? — хрипло прокашляла его собеседница. — За что, за что ты меня задушил? Что я тебе сделала?..
Ее голос затих, словно растаял в пространстве, и вместо него в трубке зазвучал оперный тенор:
— Не счесть алмазов в каменных пещерах, не счесть жемчужин в море полуденном…
Анциферов швырнул трубку, переключил переговорник на секретаршу, заорал:
— С кем вы меня соединили?
Алина Леонардовна, не привыкшая к такому обращению, на мгновение опешила, но быстро взяла себя в руки и тоном оскорбленного достоинства проговорила:
— Я же сказала вам — с комитетом по внешним связям…
— Звонок был по внутренней линии? — уточнил Анциферов, стараясь сдержаться.
— Разумеется, — холодно подтвердила секретарша. — Кстати, хочу вам напомнить, что через час состоится встреча с прессой и представителями общественности в Шуваловском парке.
Алина Леонардовна была дама со связями и на своем посту пережила уже трех председателей комитета. Именно это она постаралась передать шефу своим холодным профессиональным тоном.
— Спасибо, — сдержанно ответил Анциферов и отключился.
Внутренняя линия… Значит, кассета попала в руки к кому-то из сослуживцев. Это не плохо — это просто ужасно.
Он молча сидел, барабаня пальцами по столу.
Но ведь на кассете голос был не совсем такой. Да и слова в конце разговора отличались… Что же это значит?
Неожиданно в гулкой тишине кабинета раздались начальные такты сороковой симфонии Моцарта. Это зазвонил личный мобильник Анциферова.
— Слушаю, — отозвался он, поднеся трубку к уху.
— Зря ты меня задушил, — жалобным, трагическим тоном проговорила женщина. Это был другой голос… голос Маргариты!
Не может быть! Ведь ее тоже давно нет…
— Думаешь, никто не знает? — продолжила покойница. — Ошибаешься! Тайное всегда становится явным! Покайся — тебе снисхождение будет!
Анциферов отшвырнул мобильник.
Телефон с жалобным звоном ударился об пол, от него отлетела крышка, выпали аккумулятор, сим-карта.
— Виктор Михайлович, машина подана! — проговорила в динамике Алина Леонардовна.
Анциферов был не в настроении, но работа есть работа.
Он надел плащ, дрожащими пальцами застегнул пуговицы, вышел в приемную.
— Извините, у вас пуговицы неправильно застегнуты! — проговорила Алина.
— Что? — переспросил Анциферов.
Алина молча встала, подошла к нему, расстегнула пуговицы плаща, снова застегнула — на этот раз правильно.
— Текст вашего выступления! — Она подала ему тонкую кожаную папку с вложенными в нее листками.
Анциферов кивнул, вышел в коридор, спустился на лифте на первый этаж. В его ушах все еще звучали голоса задушенных женщин.
Перед подъездом его уже ждала машина.
Охранник выскочил навстречу, предупредительно распахнул дверцу перед Анциферовым, сам сел рядом с водителем.
Машина тронулась.
Встречные гаишники вытягивались в струнку при виде правительственных номеров, обеспечивали зеленую улицу. Через пятнадцать минут машина Анциферова уже выехала за пределы города, промчалась по широкой подъездной аллее Шуваловского парка, остановилась неподалеку от площадки, где уже толпились участники и гости торжественной церемонии.
Охранник вышел первым, огляделся, открыл дверцу шефу.
К Анциферову тут же кинулись представители радиостанций, телеканалов и прочих средств массовой информации.
— Что вы можете сказать нашим слушателям… нашим зрителям… нашим читателям…
— Обождите, — Анциферов старался сохранять приветливое выражение лица, — сейчас я выступлю с короткой речью, вы сможете все записать…
Охранник вежливо, но твердо отодвигал
