Секунду спустя мне под ноги прилетел предмет, в котором я узнал плотно скрученную перевязь с метательными ножами, и об которую я успешно чуть не навернулся. Догадаться, кто меня вооружил перед лицом отнюдь не призрачной угрозы, было не сложно. Конечно, это был Анхор. Я подхватил подарок и, прикрывая Амию собой, отошел на безопасное, по моим ощущениям, расстояние.
Авторы: Евгений Сергеевич Ходаницкий
и в зеркале отразилось ее немного бледное на фоне черных блестящих глаз лицо. Мало кто теперь осмелится стать с ней рядом, и уж совсем единицы смогут выдержать ее взгляд. Но это совсем незначительная цена за будущее для ее народа.
Раздавшийся стук в дверь, отвлек ее от невеселых мыслей.
— Войдите. — Едва слышно произнесла Иль, но для ожидавшего по ту сторону эльфа, этого было вполне достаточно.
Дверь приоткрылась, и в покои скользнул Гран Шельт. В его руках была зажат крупный сверток.
— Все как Вы и просили, моя госпожа! — Глава ее охраны протянул ей свою ношу и, подняв взгляд, тут же резко опустил его вниз. По виску эльфа заструилась капелька пота.
«Ну вот!» — Усмехнулась про себя принцесса. — «Уже даже он не смеет смотреть мне в лицо».
Из оберточной ткани, на свет была извлечена красивая черная шляпка, крашенная, отливающими синевой, перьями экзотической птицы. Не мешкая, Иль аккуратно опустила новую деталь гардероба на голову и плотная вуаль, прикрыла все ее лицо до кончика носа, оставив на показ только алые губы.
— Как вернусь домой, избавлюсь от нее. — Пробормотала жрица. — Однако стоит признать, — мне весьма идет…
В пугающей тишине, из наполненных мукой глаз человека, оседающего передо мной, быстро тая, уходила искра жизни. Искривленный в гримасе боли рот, оскалился на меня желтыми зубами, в дикой и страшной усмешке, и тело отвалилось в сторону, дымя выжженной грудью. В ноздри ударил горьковатый запах паленой плоти.
Я застонал и проснулся.
Сердце билось как сумасшедшее. Кожа была липкой от пота. Снова кошмар. Только закончились одни мои мучения, связанные со снами, как начались другие, еще более неприятные.
Я предполагал, что после устроенной мной бойни будут последствия, но даже подумать не мог, что это станет таким тяжелым испытанием. Убить человека, и даже не одного, оказалось легче, чем пережить это. Они был врагами, желавшими моей смерти, к тому же у меня было не так уж много возможностей поступить иначе. Но разум наказывал меня за то, что я переступил через прочно укрепившийся еще в детстве закон, — убийство есть зло. Оно ломает душу и заставляет смотреть на мир иначе, деля его на жертв и убийц. И даже мимолетный опыт прошлых моих воплощений, во многих из которых я был далеко не святым, не спасал от открывшейся для меня новой реальности. Те, другие, были не мной. А у меня оказалось очень мало общего с ними.
Переживал ли я на самом деле, из-за того, что мои руки теперь обагрены кровью? Не очень. Я осознавал, что в этом мире, рано или поздно, это должно было произойти. Да и, пожалуй, убитые мной, скорее всего, вполне заслуживали подобной кары. Но, где-то глубоко внутри, умирала та частичка меня, которая не принимала происходящее. Следствием стали кошмары, которые мне приходилось просто терпеть, переживая не самые приятные моменты моей жизни вновь и вновь.
Я сел на топчане, выравнивая дыхание, и встретился взглядом с сидящим на шатком табурете Вереском.
— Давно вернулся? — Тихо спросил я, хрипловатым ото сна голосом и посмотрел на окно. На улице было уже серо, а значит, близится рассвет.
— Все еще мучают сны? — С редкой серьезностью в голосе, посочувствовал мне Илан. Я не делился с ним этими своими переживаниями, но понимал, что трудно скрыть что-то от существа, за плечами которого сотни тысяч лет существования. При необходимости он прочтет меня как открытую книгу, как взрослые читают скрытые желания детей.
— Скорее кошмары. Но они пройдут. — Мотнул я головой, прогоняя последние остатки сновидения. — Хорошо хоть не каждую ночь…
— Пройдут. — Кивнул он. — Вот, я раздобыл хороший материал.
Вереск протянул мне новую полумаску. Черную, под цвет одной из дремлющих во мне Сил. На ощупь она оказалась жесткой, с ощущаемой пальцами, шершавой структурой. Внешне же она ничем не отличалась от той, что сейчас лежала в изголовье моей лежанки.
— Кожа каменной саламандры. Раздобыл по пути обратно. — Пояснил он, хотя я ни о чем не спрашивал.
— Где ты ее поймал ночью в городе? — Усмехнулся я.
— Места надо знать. — Растянул он улыбку мне в ответ.
— Думаю, стража будет очень озадачена выбором воришки, когда начнет расследовать взлом лавки какого-то несчастного артефактора.
— Да больно нужно мне было по лавкам шастать. — Отмахнулся Вереск. — Я заскочил в мастерские местной Академии. Там
