Двадцатые — пятидесятые годы в Америке стали временем расцвета популярных журналов «для чтения», которые помогли сформироваться бурно развивающимся жанрам фэнтези, фантастики и ужасов. В 1923 году вышел первый номер «Weird tales» («Таинственные истории»), имевший для «страшного» направления американской литературы примерно такое же значение, как появившийся позже «Astounding science fiction» Кемпбелла — для научной фантастики. Любители готики, которую обозначали словом «macabre» («мрачный, жуткий, ужасный»), получили возможность знакомиться с сочинениями авторов, вскоре ставших популярнее Мачена, Ходжсона, Дансени и других своих старших британских коллег.
Авторы: Брэдбери Рэй Дуглас, Блох Роберт Альберт, Лавкрафт Говард Филлипс, Каттнер Генри, Мэтисон Ричард, Говард Роберт Ирвин, Дерлет Август, Келлер Дэвид, Смит Кларк Эштон
обидчика. Но поспешим, луна близится к зениту.
Мы вышли на маленькую, залитую серебристым светом поляну, и незнакомец остановился.
— Отдохнем немного.
— О нет, прочь отсюда! — настойчиво заговорил я. — Мне здесь не нравится.
Он беззвучно рассмеялся. — Ну почему же.… Это прекрасная поляна. Не хуже любого пиршественного зала моя поляна, и много раз я пировал на ней. Ха, ха, ха! Но посмотри, я покажу тебе танец. — И он начал скакать, то и дело запрокидывая голову и заливаясь беззвучным смехом. И я подумал: человек этот безумен.
Пока он исполнял свой странный танец, я осмотрелся. Дальше пути не было — дорога обрывалась на поляне.
— Довольно, — произнес я. — Уйдем отсюда. Разве ты не чуешь смрадный звериный дух, что навис над землей? Здесь находят свое убежище волки. Кто знает, возможно они окружили поляну и сейчас сжимают кольцо вокруг нас.
Он опустился на четвереньки, подпрыгнул выше моей головы и пошел на меня, делая странные скользящие движения.
— Этот танец называется Танец Волка, — произнес он, и волосы на моей голове встали дыбом.
— Не приближайся! — я отпрянул, и с пронзительным скрежещущим криком, эхом разнесшимся по всему лесу, он прыгнул на меня, но не тронул шпагу, что висела у него на поясе. Я успел до половины вытащить свой клинок, и тут он схватил меня за запястье и с бешеной силой рванул. Я увлек его за собой, мы вместе упали на землю. Высвободив руку, я сдернул с него маску. Крик ужаса сорвался с моих губ. На меня смотрели светящиеся глаза, освещенные лунным светом сверкнули огромные белые клыки. Я увидел морду волка.
Еще мгновение — и эти клыки скользнули по горлу. Длинные пальцы с волчьими когтями вырвали шпагу. Я бил кулаками по мерзкому полузвериному лицу, но зубы уже впились в плечо, а когти раздирали шею. И вот он опрокинул меня на спину. Все расплывалось перед глазами. Из последних сил я попытался оттолкнуть его. Рука бессильно упала, но пальцы сомкнулись на кинжале, что я держал за поясом и не мог достать раньше. Я нанес удар. Страшный пронзительный вопль. Я освободился и встал. У ног моих лежал оборотень.
Я склонился над ним, занес кинжал, но помедлил и взглянул на небо. Луна почти достигла зенита. Если я убью его, пока он сохраняет обличье человека, ужасный дух его будет вечно преследовать меня. Я сел рядом и замер в ожидании. Создание следило за мной горящими волчьими глазами. Длинные жилистые руки, казалось, съежились, странно изогнулись, на них выросла шерсть. Боясь потерять рассудок, я выхватил его шпагу и изрубил чудовище. Потом далеко отбросил клинок и пустился бежать через лес, подальше от этого места.
Пронизывающий ветер подхватывал и кружил хлопья снега сверкающим вихрем. Прибой с ревом бил о скалистый берег, а далеко в океане протяжно стонали гигантские свинцовые волны. В это хмурое утро, в час, когда скупые лучи рассветного солнца осветили побережье Конахта, сюда, с трудом передвигая ноги, пришел рыбак, такой же суровый и нищий как земля, что вскормила его. Ноги его были обмотаны грубо выделанной кожей; тело едва покрывал кусок оленьей шкуры. Тяжело ступая, он шел вдоль берега, не обращая внимания на жестокий холод, словно и в самом деле был лохматым ободранным зверем, на которого походил. Внезапно он замер на месте. Завесу клубящегося снега и морских брызг разорвала человеческая фигура. Перед рыбаком стоял Турлох.
На голову выше коренастого рыбака, этот человек обладал статью и повадками воина. Трудно не задержать на нем взгляд — каждый, мужчина или женщина, увидев Турлоха, долго не отводил бы глаз. Ростом более шести футов, он казался худощавым; массивный, но пропорционально сложен. Могучий разворот плеч и широкая грудь. Длинноногий и крепкий, он соединял в себе силу быка с ловкостью и быстротой пантеры. Движения его, точные и слаженные, как неумолимо сжимающийся стальной капкан, отличались идеальной координацией, свойственной лишь лучшим бойцам. Турлох Дубх — Черный Турлох, некогда принадлежавший к клану О’Брайана. Черными были его волосы, а коже — смуглой. Из-под густых бровей сверкали горячим синим огнем глаза. Безбородое лицо сурово, как мрачные молчаливые горы, как полуночный океан. Он, как и рыбак, был сыном этой холодной северной страны.
Он носил простой открытый шлем без гребня или эмблемы. Тело до середины бедер надежно прикрывала плотно прилегающая стальная кольчуга черного
