Двадцатые — пятидесятые годы в Америке стали временем расцвета популярных журналов «для чтения», которые помогли сформироваться бурно развивающимся жанрам фэнтези, фантастики и ужасов. В 1923 году вышел первый номер «Weird tales» («Таинственные истории»), имевший для «страшного» направления американской литературы примерно такое же значение, как появившийся позже «Astounding science fiction» Кемпбелла — для научной фантастики. Любители готики, которую обозначали словом «macabre» («мрачный, жуткий, ужасный»), получили возможность знакомиться с сочинениями авторов, вскоре ставших популярнее Мачена, Ходжсона, Дансени и других своих старших британских коллег.
Авторы: Брэдбери Рэй Дуглас, Блох Роберт Альберт, Лавкрафт Говард Филлипс, Каттнер Генри, Мэтисон Ричард, Говард Роберт Ирвин, Дерлет Август, Келлер Дэвид, Смит Кларк Эштон
устьями рек, тянулась не тронутая годами величественная мощеная дорога, которая раньше связывала многолюдный Синкор с Тинарасом. Здесь они не встретили ни единого живого существа, но вскоре увидели распростертые на камнях скелеты коня и всадника, на которых до сих пор красовались богатая упряжь и роскошный наряд, что носили они при жизни. И остановились Мматмур с Содозмой у этих жалких костей, выбеленных ветром и временем, блестящих и чистых, и переглянулись с недобрыми улыбками на устах.
«Конь будет твоим, — молвил Мматмур, — ведь ты превосходишь меня годами и должен пользоваться привилегиями старшинства; наездник же послужит обоим и станет первым нашим верным рабом в Синкоре».
Они очертили на сером песке у дороги три окружности, одну в другой, и встав в центре, исполнили запретные обряды, повелевающие мертвецам пробудиться, отринуть безмятежную пустоту забвения и отныне во всем повиноваться злой воле некроманта. Потом засыпали в отверстия, зиявшие на месте носа, по щепотке волшебного порошка. И жалобно скрипя, поднялись белые кости со своего ложа, готовые служить хозяевам.
Как и решили, Содозма сел на лошадь, взял усыпанные драгоценными каменьями поводья и двинулся вперед, словно шутовское подобие Смерти на бледном коне; Мматмур шествовал рядом, опираясь на эбеновый посох, а скелет человека в богатом наряде, свисавшем с голых костей, шел следом за ними, как и пристало слуге.
Некоторое время спустя, среди серых бесплодных земель они вновь увидели останки лошади и всадника, которых не тронули шакалы, а раскаленное солнце иссушило, уподобив древним мумиям. Их вечный сон тоже был нарушен некромантами; Мматмур забрался на скакуна с ввалившимися боками, и два мага горделиво, словно странствующие императоры, ехали по пескам в сопровождении скелета и ожившего мертвеца. Подобную участь разделили другие почившие, люди и животные, чьи кости или трупы, сохраненные пустыней, попадались некромантам на их пути; так постепенно небольшой отряд стал величественной процессией, и ряды верных рабов, сопровождавших своих хозяев в путешествии по Синкору, все росли и росли.
Приблизившись к Йетлуриому, столице сгинувшего царства, они встретили множество гробниц и захоронений, до которых за столько лет не смог добраться ни один грабитель; там покоились мумии, почти не тронутые временем. Всех пробудили они к новой жизни, подчинив своей воле. Одним приказали распахать и засеять опустевшие поля, добыть воду из заброшенных колодцев; другим же велели заниматься тем делом, в котором усопшие преуспели при жизни. Царившую здесь два века тишину сменили мириады звуков, слившихся в неумолчный гул беспрерывной работы; и высохшие мумии ткачей не отрывались от челноков, а восставшие из могилы трупы землепашцев покорно налегали на плуг, влекомый неживым скотом.
Наконец, утомленные путешествием и беспрестанным повторением заклинаний, Мматмур и Содозма с вершины песчаного холма увидели впереди величественные шпили и прекрасные, нетронутые временем купола Йетлуриома, погруженного в загустевшую темную кровь зловещего заката.
«Это богатый край, — сказал Мматмур, — и мы разделим его блага между собой, станем править здешними мертвецами и провозгласим себя владыками возрожденной империи».
«Верно, — отозвался Содозма, — ибо нет живых, чтобы оспорить наши права; а те, кто восстал из могилы, повинуясь воле некроманта, не сделают ни шага, ни вздоха без нашего соизволения, и никогда не поднимут бунт против своих повелителей».
И когда кроваво-красное небо оделось пурпуром сумерек, вошли они в Йетлуриом, проехали мимо горделивых строений, ныне погруженных во тьму, и разместились вместе со своей ужасающей свитой в великолепном обезлюдевшем дворце, где некогда императоры народа Нимбос, поколение за поколением, две тысячи лет правили Синкором.
С помощью своей изощренную магии, зажгли некроманты в пыльных золотых палатах пустые лампы из оникса, и отведали царских яств, добытых теми же чарами. Лишенные плоти руки их слуг наполнили драгоценные чаши из лунного камня древними благородными винами; некроманты пили и ели, пировали и веселились, и так наслаждались призрачным великолепием, отложив на следующий день воскрешение мертвецов Йетлуриома.
Они поднялись со своего царского ложа с первыми лучами темно-красного рассветного солнца; ибо многое еще предстояло сделать. И забыв об отдыхе, исходили все улицы, заглянули во все закоулки заброшенной столицы, насылая чары на людей, погибших в последний год нашествия неведомой болезни и оставшихся лежать непогребенными. Закончив с этим, направились в иной город, чьи обитатели спали под высокими надгробными плитами,
