Жизнь непредсказуема. Еще сегодня ты обычный человек, а завтра учишься сражаться в далеком враждебном мире. История изменчива. Еще секунду назад ты был в одном шаге от победы, а сейчас летишь в пропасть неизвестности и тебе придется выжить там, где ломаются и гибнут остальные.
Авторы: Куприянова Мария
куда вход намертво закрыт. Он понимал, что поступил подло. Всегда придерживаясь одних и тех же принципов, сам же сегодня их и нарушил. Но не мог взять под контроль пробудившиеся способности, не ожидал, что настолько глубоко проникнет в чужие мысли.
— Прости, — прохрипел он, выныривая из глубин сознания. Голос сорвался, предательски задрожали руки. — Я не хотел…
— Ты… — просвистел Зориан. — Ты все видел?
Коля чувствовал, что ступил на запретную территорию, туда, куда вход намертво закрыт. Он понимал, что поступил подло. Всегда придерживаясь одних и тех же принципов, сам же сегодня их и нарушил. Но не мог взять под контроль пробудившиеся способности, не ожидал, что настолько глубоко проникнет в чужие мысли. И не представлял, что там обнаружит.
— Прости, — отпрянул Коля, делая вид, что ничего не произошло. Если Зор узнает, что он только что видел…
— Ты… — просвистел Зориан. — Что ты сделал?
Юноша отвел взгляд. Скрыть правду не удалось. Полуэльф стоял ссутулившись, бледный, сжав губы в тонкую полоску, с тяжелым взглядом. На лице застыла немая ярость и боль. Если б у него в руках было бы оружие, он непременно бы им воспользовался. Выместил бы злобу за причиненные страдания, за бесцеремонное вмешательство в свой внутренний мир, в свою сокровенную тайну.
— Я не знал, что так выйдет, — попытки оправдания летели в пустоту. — Но ведь не все еще потеряно… Измени свою жизнь…
Зориан взревел и схватил его за ворот рубахи.
— Хочешь драки? — прошипел Николай. — Давай, рискни. И я разорву тебя на части!
В его глазах снова забился страх. Одновременно с ненавистью.
— Слушай меня. Я сделаю из тебя воина, ты докажешь своей эльфийке, что достоин ее руки! Достоин вернуться в стан эльфов!
— Да пошел ты! Ненавижу!
Зор круто развернулся и быстро зашагал прочь.
Коля устало опустился на траву и уткнулся головой в колени. Все. Конец. Никакие уговоры не подействуют. Он сам, своим вмешательством в чужие мысли оттолкнул Зориана.
‘Мда. По-моему, кто-то просил не ссорится?’ — многозначительно заявил Аргент.
— Я правда не хотел. Откуда мне знать, что его до сих пор гложет давнишняя любовь? Что же теперь делать?
‘Не лезть к нему и ждать, ждать, ждать. Сколько потребуется. Он остынет и тогда осознает твою правоту. Должен, по крайней мере’.
Мудрое предсказание единорога действительно сбылось. Полуэльф появился несколько дней спустя. Зашел в комнату, снимаемую Николаем, и молча присел на стул. Подобрать нужную фразу сложно, особенно если собираешься просить о помощи. Нахмурив брови, кусая губы, он пытался выдавить из себя хоть слово. Не получалось. Тогда Коля прервал напряженное молчание:
— Завтра. На рассвете. Подберем другое место, если тебе там… не нравится.
Зор только кивнул и тут же покинул помещение.
— Нет, ноги шире. Так. В коленях чуть согни. Да. Ну не стой как истукан! Расслабься! Нет, эту ногу чуть вперед. Смотри, вот так. Тогда ты сможешь и атаковать и защищаться. Понял? Нет, не правильно! Куда вес переносишь!
С момента ссоры прошло уже более недели. Следуя негласному правилу, никто и словом не обмолвился о том, что тогда произошло. Проще всего представить, будто ничего не случилось. Иногда Коля ловил на себе пытливый взгляд Зориана. Может, он ждал каких-то вопросов, гадал, насколько полно раскрылся его секрет, но не решался спросить. Недосказанность, напряженность, повисшая между ними, не прибавляла энтузиазма тренировкам. Даже то, что для обучения Коля дал свой меч Хранителя, в надежде, что заключенная в нем энергия позволит его предку проникнуться духом боя. Тщетно.
Зор старательно повторял показанные движения, но больше походил на робота, чем на живого человека. Куда-то пропала гибкость, плавность движений. Создавалось такое впечатление, что его, как безвольную куклу, подвесили на ниточки и заставили шевелить руками и ногами.
— Меч над головой. Клинок чуть вверх. ‘Удар сокола’ — самый сильный, если передать мечу свою энергию. Давай, нападай! Нет! Нет! И нет! Ты не дровосек, а твой противник — не дерево! Повтори еще раз!
И ученик повторял, раз за разом, послушно следую указаниям привередливого учителя.
— Смотри как надо: шаг вперед, вбок, удар, блок, удар, шаг, еще удар. Теперь ты. Нет! Быстрее, увереннее! Сначала!
Аргент развалился возле ручья. Сначала с интересом следивший за ходом тренировки, он все больше стал кивать головой и сейчас почти уснул.
— В ‘стойке единорога’, — объяснял Николай, — ты сможешь парировать удары в голову и верх тела. Учти,
