Жизнь непредсказуема. Еще сегодня ты обычный человек, а завтра учишься сражаться в далеком враждебном мире. История изменчива. Еще секунду назад ты был в одном шаге от победы, а сейчас летишь в пропасть неизвестности и тебе придется выжить там, где ломаются и гибнут остальные.
Авторы: Куприянова Мария
в клочья и съеденным…
Страшная картина снова и снова вставала перед глазами, снилась каждую ночь, превращая и без того кошмарную жизнь в ад. Обрывки плоти… Булькающий предсмертный хрип… Кровь… Всюду кровь…
«Думай о Кайле, — твердила Эдель сама себе. — Думай о нем. Он жив, и это главное».
Когда она ухватывалась за образ любимого, как за спасательный круг, ужас проходил. Он просто не мог противостоять той силе, которую излучало горячее сердце.
К сожалению, вельтка слишком поздно поняла, какой подарок ей преподнесла судьба. И теперь, когда Анделору осталось жить несколько недель, те месяцы, которые она провела в компании с Кайлом, казались целой жизнью. И счастьем, которое прошло мимо, чуть-чуть зацепив краешком сияющего крыла
«Он жив… он жив…» — повторяла она, как заклинание.
И, забившись в дальний угол клетки, иногда позволяла себе помечтать, что Кайл за ней придет и спасет. Но знала, если бы перед ней встал выбор, то она предпочла бы смерть в мрачных застенках лаборатории. Потому что если он придет сюда, то попадет в ловушку, из которой уже не выберется.
Фаридар негодовал. Не ожидал, что Даниэль заупрямится. И все же последнее слово оставалось за Элиором. Именно его сестра превращалась сейчас в уварга.
— Проклятье! — он толкнул дверь в тронный зал. Тяжелые шторы на окнах взметнулись от сквозняка, зазвенели хрусталинки на огромной люстре.
Колдун подошел к балкону, достал из-под накидки объединенный кристалл. Все его планы рушились на глазах. Жалкая человеческая армия где-то нашла третий источник, и именно поэтому граница еще не поглотила Ориэлл. А ведь как хорошо задумывалось! Полчища тварей с черной стороны давно должны были быть здесь, окутать непроницаемой мглой замок и объединенный кристалл, тогда ни одно живое существо не смогло бы пробраться сюда. Но волшебство неизвестного происхождения сдерживает армию Торр-Сааза, дни пролетают, сближая три звезды, а люди собираются на последнюю битву.
Знать бы заранее, как важен черный кристалл, по-другому бы сложилась история. Но «Око ночи» у Даниэля, и он наотрез отказался его отдавать, а объединенный кристалл…
Только бы Торр-Сааз не узнал. Изменения в звездном слитке стали слишком заметными. Он почти не отдавал волшебство, заперев в себе магические частицы. Пульсировал, будто живое существо, предвкушая скорое слияние с небесными светилами. Чувствовал их приближение, иногда, будто намагниченный, самопроизвольно взлетал вверх, и только широкая цепь да крепкая хватка колдуна могли его удержать. «Око ночи» жизненно необходимо, без него вся магия уйдет к звездам, оставив его совершенно беспомощным.
С каждым днем кристалл становился все капризнее, и Фаридар больше всего на свете желал, чтобы волшебство поскорее перешло черному камню. Он его получит, без сомнения, Элиор слаб духом и не сможет устоять.
— Ты выяснил, есть ли у людей магия? — Торр-Сааз появился, как всегда, неожиданно.
— Да, мой господин, — поклонился чародей.
— Ну и?
— Они обнаружили третий, неизвестный нам источник волшебных частиц, — Фаридар съежился, ожидая громогласных возмущений и непременного наказания, но повелитель молчал. Когда он заговорил, спокойный замогильный голос заморозил тело колдуна, наполнив нестерпимым ужасом. Таким, что захотелось бежать на край света.
— Я дал тебе силу.
Фаридар почувствовал, как смертельное жало проникает внутрь. Он повалился на пол, скрючился.
— Я дал тебе власть.
Маг задергался, завизжал от адских мучений, пальцами впился в пол, ломая ногти, оставляя на паркете глубокие царапины.
— Я дал тебе свободу.
Раб темного лорда захрипел в агонии, пуская кровавые пузыри из носа и рта, дернулся еще раз и затих, чтобы через несколько минут снова вдохнуть живительный воздух, наполненный болью и страданием.
— Я сделал так, чтобы твое имя внушало ужас всему Анделору.
Сил сопротивляться у чародея не осталось. Он полностью подчинился своему господину, и каждое слово, произнесенное Торр-Саазом, убивало, а затем воскрешало. Раз за разом, сводя с ума, выкручивая не только плоть, но и душу. Когда ты — раб темной стороны, один взгляд, один звук повелителя может забрать жизнь. Но может ее и даровать.
— А ты так и не узнал о существовании третьего источника.
— Убейте… убейте меня… господин, — засипел Фаридар, едва приподняв голову.
— Ты не знаешь, о чем просишь. Если хочешь, твои мучения будут продолжаться вечно.
— Н-нет, пожалуйста, — боль ушла, и магу удалось, наконец, подтянуть под себя колени и привстать. — Я могу все исправить. Я отберу черный камень.
