Жизнь непредсказуема. Еще сегодня ты обычный человек, а завтра учишься сражаться в далеком враждебном мире. История изменчива. Еще секунду назад ты был в одном шаге от победы, а сейчас летишь в пропасть неизвестности и тебе придется выжить там, где ломаются и гибнут остальные.
Авторы: Куприянова Мария
на землю. Шесть чародеев неподвижно лежали возле щита, в страшных, неестественных позах. Тела их покрывал иней, проморозив плоть насквозь. Откат…
— Основной удар пришелся на них, — пояснила Даная. — Прошу, принц, сделайте что-нибудь.
— Да уж, — подала голос Зарина. Она тратила последние силы. Стрелы то и дело испытывали на прочность ее щит, а подмога держалась на расстоянии, ожидая исчезновения купола.
— Постараемся, — процедил Коля и вновь уперся руками в творение Яруса.
На этот раз магия текла от чародея к чародею гораздо медленнее. Сила накапливалась, заставляла дрожать колени, ускоряла ритм сердца. На лбу выступили бисеринки пота, которые тут же превратились в кристаллики льда. Купол дышал холодом, он требовал неимоверных магических затрат, что компенсировалось морозным откатом. Изо рта пошел пар, синие искорки выбились из ладоней. Пора.
Николай прощупал враждебные частицы, увидел, откуда они исходят. Их удерживала слишком сильная связь. Решив, что сможет ее уничтожить, он совершил ошибку, стоившую жизни шестерым его людям. Нужно бить в самый центр, уничтожить артефакт Яруса, находившийся в центральном донжоне, на самом пике башни. Именно он каким-то образом собирал частицы. Если спалить генератор заклятий — связь разрушится.
Магический разряд вылетел из принца, молнией пробежался по переливающемуся куполу. Верткой змейкой достиг вершины, ударил в башню… и пропал.
— Назад! — крикнул Коля, пытаясь одернуть руки, но они словно приклеились. Тело онемело, перестало слушаться.
Купол вновь задрожал, хлюпнул и, подобно пузырю, стал надуваться, утолщаться. Артефакт впитал в себя силу магов и подстроил ее под себя. Граница щита наползла на людей, остановилась.
Перед глазами поплыла мутная рябь, подсвеченная бледно-голубым светом. Будто смотришь на мир со дна моря. Пронзительный холод сковал организм. Морозная волна прошла насквозь. Коля ничего не мог сделать, он и другие чародеи оказались запертыми внутри ворожбы Яруса. Их словно замуровало в корке льда. Никто не мог противостоять жуткому холоду. Здесь, среди звона тишины, тихо бились сердца пленников. Маги хотели что-то сказать, но сдавались. Один за одним, они превращались в неподвижные глыбы, с побелевшими губами, с посеревшими лицами, с пустыми, мертвыми взглядами.
«Глупец», — зазвучал тихий смех.
Коля еще держался, пускал остатки сил на обогрев тела.
«Тебе меня не уничтожить».
Это Ярус. Он смеется, издевается. Он давно умер, но остался в своих творениях, в необыкновенной магии.
Странная реальность то замутнялась, то прояснялась. То искрилась хрусталинами льда, то расплавлялась в тягучее серебро. Сумасшедшая грань, отделяющая мир живых людей от царства чистой магии.
Кровь леденела, сердце почти не билось, но сознание работало как никогда четко. Запертый внутри щита, Коля увидел то, что укрывалось от взгляда обычного человека. Вокруг плавали магические частицы. Светящиеся капельки, заключившие в себе истинное волшебство. Они выстраивались в ряды, образовывали злосчастный купол. Только их форма настораживала. Выгнутая дугой, она больше всего напоминала какую-то линзу. Множество линз. Именно поэтому они пропускали стрелы изнутри и надежно защищали от нападок с внешней стороны.
Все это необыкновенно, неправильно. Неправильные частицы повинуются неправильной магии. Неправильная магия создает неправильный щит. С одной стороны впускает, с другой не пропускает.
«Тебе не уничтожить. Ни за что не уничтожить», — насмехался Ярус.
Не уничтожить. Подчинить себе. Пересилить артефакт.
Коля упрямо сжал губы, призвал странное волшебство к повиновению, оказывал сопротивление впивавшимся в плоть ледяным иголкам.
— Я сильнее, — твердил он. — Я смогу. Я живой человек, а не какая-то стекляшка.
Частицы возмущенно зазвенели, завибрировали. Резкий звук оглушил.
— Я — не Ярус, я сильнее.
В глазах промелькнул золотистый огонек. Древняя мощь ара-думм захватывала сознание.
Частицы зашипели, зароились, будто встревоженные в улье пчелы.
Ледяное пламя опалило кожу, объяло тело. Сжало смертельными тисками сердце.
«Тебе не переиграть меня».
Ярус прав. Не переиграть. Сил не хватало. Понять бы сразу, что делать. А так слишком поздно.
Коля забился, хватая ртом последний воздух. Легкие разрывало, искрящиеся щупальца сдавили грудь. Сквозь колыхавшееся пространство проглядывались знакомые лица тех, кто остался вне щита. Даная, с ужасом разглядывая попавших в ловушку товарищей, Росс, Лэнтиар и Чаз, разбрасывающие огненные шары. Их группу вычислили и теперь изо
