Ангел, нечисть и другие неприятности

же могла, — буркнула она.
— Ага, а еще я могла выламывать замки голыми руками. Охотница — не человек. Насколько мне известно, охотницы — девушки, и лесник — явно не она. Так что пойдем с другой стороны. Сейчас он вернется, попробуем выспросить про странное в лесу. Авось разговорится. Потом наведаемся днем, следы поищем.
— Брат тебя убьет, — резюмировала Маша. — И я тут даже не причем. Потому что в лес тебя затащила я, а вот в расследование ты влезла сама.
— Предательница. — Буркнула я, отодвигая кружку.
Чай пах чем-то неприятным. Но, вроде, без всякой гадости, которой можно усыпить или убить.
Время медленно текло, а мы с демоницей молчали. Каждая думала о своем. Я — о том, как буду праздновать Новый Год и чего приготовить этому самонадеянному демону. И пыталась не признаваться себе в том, что скучаю по нему. И по хвосту. В голове сама по себе появилась картинка: полежать бы на диване, поесть мандаринов с конфетами, посмотреть что-то туповато-новогоднее по телевизору и… поиграть с хвостом темного. Ну, можно не только с хвостом, но подобные мысли я из головы выкинула. Мало ли, может, высшие демоны умеют читать мысли и Мария меня сразу сдаст брату…
И тот просто так уже не отстанет.
Поразительная порядочность, кстати. Темный как будто чувствует, куда я ему готова посоветовать засунуть свои отношения, и шибко не лезет. Ну, а какая девушка будет против поцелуев с таким парнем?
От всяческих мыслей, все более оптимистичных, меня отвлек скрип двери.
Вернулся лесник.
И наставил на нас ружье.
— Э, бать, — обалдела я. — Это нас не согреет. Точно.
— В такой мороз и атомная бомба не согреет, — буркнула Маша.
— Сплюнь! — посоветовала я.
— Все, девоньки, пошли, — скомандовал старик. — Вы даже не успеете замерзнуть.
В доказательство он угрожающе помахал ружьем. Я решила не испытывать судьбу. Мы вроде как бессмертны, но вдруг не совсем? Тем более что все равно собирались выяснить, что же завелось в лесу.
— Сейчас, мои хорошие, — бормотал лесник, подталкивая меня в спину.
Какой милый человек.
— Знаешь, у КиШ была такая песня, — сказала я Маше. — «Лесник» называется. Один в один ситуация.
— А что там? — спросила Мария, которая предпочитала этническую музыку.
— Там лесник волкам гостей скармливал.
Но я оказалась неправа. Это были не волки. Совсем даже не волки.
Нас привели к небольшой поляне, продираться к которой нужно было через густые заросли кустарника. В слабом лунном свете поляна выглядела как-то странно. И я никак не могла понять, в чем заключалась эта странность. Судя по напряженному взгляду демоницы, ее одолевали те же сомнения.
— Пошла! — рявкнул лесник, пихая меня в спину.
Он довольно крякнул лишь тогда, когда мы оказались на середине поляны.
— Кушайте, мой дорогие! — вдруг заорал старик так, что мне даже ухо пришлось пальцем прочистить.
Правда, что ли, волки? Так это скучно. Зато шубка будет новая, красивая, пушистая наверное. Учитывая то, сколько туристов здесь пропало, отъелись, заразы.
Луна показалась из-за туч, и вдруг яркий свет залил поляну. Кажется, я начала понимать, что же было не так. Кое-где снег имел неприятный красноватый оттенок. Очень неприятный и очень знакомый. Кора деревьев, которые сперва показались соснами, была темно-бурой, а иглы очень острыми, с красным отливом. Вдобавок ко всему ветки опасно шевелились, давая недвусмысленно понять, как питаются эти деревья.
Одна из веточек потянулась к Машке и та, вместо того, чтобы уничтожить все дерево, испуганно отпрыгнула.
— Понятно, — вздохнула я. — Деревья-вампиры. Редкая нечисть, в основном африканская. Как у нас оказались — архангелы их знают. Мутировали, наверное. Заманивает путников — в нашем случае при помощи доблестного бюджетного работника — и жрет их, высасывая кровь на протяжении пары дней.
— Может, ты перестанешь читать лекции и сделаешь что-нибудь?! — возмутилась Маша. — Как их убить?!
— Да брось. — Я поморщилась и увернулась от особенно ретивой ветки. — Это всего лишь деревья.
Рука ощутила приятную тяжесть топора.
— Сейчас обеспечим лесничество дровами, — хмыкнула я, замахиваясь на ближайшую сосну.
Та даже взвизгнула, когда топор вонзился в мягкую кору. Несколько красных капелек стекли вниз, оставив на розоватом снегу небольшие ямки.
— Фу, гадость! — Я поморщилась.
И ударила уже со всей дури. Мария взвизгнула и отскочила, чтобы не убиться падающей сосной. Тянущиеся к ней ветки демоница прижигала огненными шариками, и у меня появилась идея.
— Так, Машка, я этих гадов укладываю, а ты пенечки-то прижги. А то