Ангел, нечисть и другие неприятности

Если эта тварь убивает детей, я точно справлюсь.
Не надо много сил, чтобы питаться жизненной энергией детей. Поэтому подобная нечисть и выбирает себе легкие жертвы. Потому что слаба.
Мне не доводилось ранее бывать в комнатах страха. Я вообще не любила аттракционы, парки и прочие шумные развлечения. Но, должно быть, детям такие походы нравились. Для любителей пощекотать себе нервы — самое то. Качественно проработанные скульптуры мертвецов и другой нечисти, жутковатые светящиеся картины на стенах, экраны со сценами из фильмов ужасов. Думается мне, если бы дети пришли сюда компанией, славно провели бы время.
— Динозаврик, — пробормотала я. — Где же ты, зелененький. Или какой там у тебя цвет.
Правда, не факт, что нечисть соизволит вылезти, я все-таки не ребенок. Не вылезет, так сама залезу, хуже будет.
Динозаврик притаился в одном тупике, сразу после скульптуры старой карги с единственным жутковатого вида глазом. Обнаружилась и подушка в полу, призванная напугать невнимательного посетителя. Но больше ничего пугающего не было. А по показаниям мальчика, должен был выйти клоун.
Я ощупала все стены, отломала карге нос в попытке общупать скульптуры, двигала динозаврика, распотрошила подушку. Но ничего толкового не нашла. Лишь когда отчаялась и одновременно удивилась, что Влада нет так долго, услышала голос:
— Как только я увидел вас, понял, что вы меня найдете.
Клоун в смешном желтом костюме стоял, грустно глядя на меня. Его выражение лица никак не вязалось с костюмом и забавными бубенчиками на шляпе. Оно, пожалуй, было совсем не злобное.
Но все же опасность чувствовалась очень явственно. Захотелось отступить, но сделать это я себе не позволила.
А вокруг меж тем все менялось. Комната страха превращалась в темноте грязное помещение с высоким куполообразным потолком. В углах комнаты висела огромная паутина и я, признаться, не хотела воображать, что за паук ее сплел. Это было параллельное измерение. В людском мире вход в него выглядел как комната страха, а здесь оно представляло собой какой-то жуткий склеп, куда клоун и заманивал мальчиков.
А я ведь читала что-то такое!
— Правильно, — совсем уж грустно вздохнул клоун, — я — отражение ваших фантазий. У вас есть очень популярный писатель, который придумал клоуна, убившего ребенка. И даже паутина, как отражение другого образа этого существа тут есть.
Он вяло махнул рукой в сторону углов.
— Но ты же не инопланетное существо? — спросила я.
— Нет, конечно. Но я не имею собственной формы. Вот уже пару сотен лет я скитаюсь по миру и принимаю ту форму, что ближе существам, которыми я питаюсь.
— Их энергией.
Клоун снова вздохнул.
— В них так много энергии. Свежей, вкусной, ароматной. Она бьет ключом.
— Дети умирают.
Я хотела давить на его совесть. Вдруг получится? Хотя, конечно, нечисть по своему обыкновению не страдает наличием совести.
— А что делать? — глубокомысленно изрек клоун. — Ты ведь Вера, да? Я слышал о тебе.
А вот тут я уже заинтересовалась.
— И что же ты слышал?
— О тебе, — он пожал плечами. — Разное. Говорят, ты ангел, но спишь с Князем Тьмы. Ты предала Князя Света, но уничтожаешь тех, кто не угождает Князю Тьмы. Говорят, из-за тебя заточили Станислава.
Я вздрогнула, услышав это имя. Слишком часто в последнее время поминали Стаса. Не к добру это.
— Довольно искаженная информация. Во-первых, я не сплю с Князем. Во-вторых, это не я предала Князя Света, а он не дал мне умереть! А уничтожаю я тех, кто убивает невинных. Таких, как ты, например.
Не знаю, почему, но я самым настоящим образом озверела. Не то упоминание Стаса на меня так подействовало, не то фраза, что я предала Князя Света. Я даже не знаю, кто он! Не знаю ничего и никого! Я думала, что все закончится с моей смертью, но возродилась ангелом! И никто не посмеет говорить, что я кого-то предала. Только себя, наверное.
— Я знал, что ты придешь.
Клоун вдруг поднял на меня взгляд. И рука чуть дрогнула, уже готовая призвать любимый топор и разделаться с мерзкой нечистью.
— Моя единственная способность, ангел Вера, это забирать чужую энергию. Кто-то пришел бы за моей жизнью, не ты, так этот охотник Крапов. Вот только я — капля в море. Ничто не дается даром. Особенно бессмертие. Получив бессмертие, ты должен вечно платить за него. Князь платит, разгребая всю грязь этого мира. Ты платишь, мучаясь воспоминаниями о прошлом. Князь Света тоже платит свою цену, будь уверена.
Он сделал несколько шагов в мою сторону, а я не могла пошевелиться, завороженная нечеловеческим взглядом и словами, которые звучали как-то нелепо в этом потустороннем склепе.