Ей восемнадцать, ему сорок… Казалось-бы, что может связывать начинающую певицу из далекой провинции и капитана Российского спецназа? Тем более, что они даже не знают о существовании друг друга… Однако им предстоит вместе пройти через многое, и стать другими.
Авторы: Исаев Глеб Егорович
в зеркальной поверхности шкафа-купе. Однако не обвисшие вдруг щеки и огромные мешки под глазами напугали его. Поразил короткий, ухоженный ежик. Еще утром внимательно осмотренные на предмет седины волосы сейчас стали совершенно белыми
Дрожащей рукой олигарх перекрестил зеркало, зашевелил губами, припоминая молитву. И тут, словно дрогнуло что-то в его душе. Он лежал на полу, и чувство громадного облегчения и неземной радости наполняло его.
Максимов отчетливо понял, опоздай его собеседник ответить на звонок, лежать ему сейчас бездыханным посреди этой огромной комнаты.
«Да что может быть важнее этого счастья, просто жить? — с умилением осознал он. — И она показала мне, как мимолетно все, как мелко. Суетимся, рвем жилы. А вот придет эта…, Максимов содрогнулся и вновь обмахнул себя неумелым крестом, — и все. И ничего. Ничего совсем. Пустота».
Он задремал, сознание затихало. Однако оставалась уверенность в том, что сон этот будет спокойным и добрым. «А девчонка — ведьма». — Мелькнула краем вялая мысль. Однако не вызвала ни злости, ни раздражения. Наоборот. Чувство непонятной благодарности, за урок, который ему дала маленькая… Он спал.
— Вот и все. Пора на выход. — Пробормотала Ольга, увидев, что крашеная суровой шаровой краской дверь распахнулась, и в камере мгновенно стало тесно от обилия разномастных служивых чинов, блеск шитья погон и шевронов вызвал у задремавших обитателей дружное оживление.
Ольга, прощаясь, кивнула Жанне и жестом подозвала Наташу. Вещи собери, а если ничего ценного нет, то и ладно. Пусть здесь остаются. Не дело, в новую жизнь старые воспоминания тащить.
Их вывели из камеры и провели в ту же комнату, где принимали. Вещи выдали под роспись, все это с каким-то настороженным удивлением и даже с опаской. Обращались с ними, как с переодетыми принцессами крови, на «Вы» и, разве что не кланяясь. Наталья, не веря в то, что их сейчас выпустят, жалась к Ольгиному плечу и вздрагивала. Наконец, вручили документы.
Вперед вышел представительный человек в штатском. — Андрей Григорьевич Максимов приносит Вам свои искренние извинения. И еще, он просил поблагодарить Вас, сказал, что Вы поймете за что. — Слегка вымученно произнес он.
Ольга глянула на посла доброй воли. — Принято. Я рада, что Максимов — умный человек. А главное — умеет делать выводы. Передайте ему, у меня претензий нет.
Начальник СБ, а это был он, круглыми глазами смотрел на странную девчонку, которая, образно говоря, поимела его шефа в извращенной форме, и она же еще не обижается…?
«Все смешалось в доме Максимовом». — Пробормотал бывший опер. Однако от других комментариев благоразумно воздержался.
Во дворе их ждал блестящий черный лимузин. Из приоткрытой двери машины видны были фигуры Ольгиных компаньонов. Она глянула в салон. — Ну, как вы? — Оглядела она их лица. Глеб подмигнул, обозначив полное приятие ситуации. Он явно наслаждался развитием событий. Иван Максимович вежливо кивнул девчонке и поздоровался с хозяйкой. — Все нормально, — отрапортовал он, даже извинились.
Ольга подвинула вперед спутницу.- Знакомьтесь. Это Наташа, а это мои товарищи и друзья. Капитан — зовут его Иван Максимович. Глеб — мой охранитель и помощник. Ты с ним поосторожнее. — Шутливо подмигнула Ольга. Садись, и ехать нужно. Чего нам тут выстаивать? Вертухай махнул рукой.
Ворота неторопливо распахнулись, выпуская Мерседес. Такого освобождения тюрьма за всю свою многовековую историю еще не видела. В машине Ольга задала девчонке назревший вопрос. — Подумала над моим предложением? Или высадить?
— Наташка, которой явно было не по себе, замерла на краешке роскошного сидения и нерешительно произнесла. Так я ведь ничего не умею. Какая от меня польза?
Капитан недоуменно поднял бровь. Намекая, что судовая роль уже оформлена и согласована. И вообще женщина на корабле не порядок.
И, кроме того…- Ольга скроила ему укоризненную гримасу глаза и повернулась к девчонке. — Не об этом ведь речь. — Мягко оборвала ее бормотание. — Идешь с нами или нет?
— Да! — Отчаянно закивала собеседница. — Я с вами. Я домой не хочу и никуда не хочу. Возьмите…- Она облегченно расплакалась и ткнулась носом в кожаную обшивку дверей, пряча слезы.
Занятые разговорами они и не заметили, как машина плавно остановилась у пирса, возле которого одиноко покачивалась их яхта. В ночном воздухе слышны были крики чаек. Свежий ветерок тянул с Невы прохладу. Они выбрались из салона и остановились перед своим новым домом.
— Вот, Наташа, это и есть наша… Кстати, — Ольга повернулась к капитану. — Иван Максимович, а что же мы имя кораблю так и не дали? Непорядок. Какие будут предложения. Народ задумался.
