Ей восемнадцать, ему сорок… Казалось-бы, что может связывать начинающую певицу из далекой провинции и капитана Российского спецназа? Тем более, что они даже не знают о существовании друг друга… Однако им предстоит вместе пройти через многое, и стать другими.
Авторы: Исаев Глеб Егорович
Давай, девочка, говори дальше. Все, все. По- хорошему.
Алексей выдохнул, сосредоточился и старательно испортил воздух.
-Ой, — пискнула девчонка,- живот, скрутило. Ой, не могу.
Понимая, что реакция на непроизвольный страх проявляется именно таким образом, хозяин не удивился, только досадливо, как от лишней заботы, поморщился.- «Диван портить, оно ни к чему, и, вообще, пока ничего не ясно». Поэтому кивнул соглядатаю, приказав отвести пленницу в сортир. Шли недалеко, из подвала на первый этаж. Лоб открыл дверь и пропустил ее в туалет.
Леха напрягся: «Интересно, зайдет или нет?»
Однако топтун осмотрел помещение, в котором не было ничего, кроме рулона бумаги и ароматизатора на стенке.
— Иди,- здоровяк посторонился, запуская девчонку в клозет.
«Ах ты, рыбий глаз, — припомнил Алексей запах одеколона недавнего грузчика, чья кроссовка испачкала дорогущую футболку. — Ничего личного, но за козла ответишь».
Выдернуть нож — секундное дело.
— Дяденька.- Жалобно окликнула Оля стоявшего за дверью сторожа, — здесь вода…
Амбал сунул в дверь голову, и, увидев, что Ольга, согнувшись, заглядывает в унитаз, приблизился.
-Ну, чего там? — брезгливо поинтересовался он, наклоняясь. Закончить не успел. Пошла работа. Напоровшись на лезвие, хрипнул и удивленно открыл рот. Еще один удар и еще. Это в кино люди падают с одного удара. В жизни надо бить до последнего. Чем больше, тем лучше. Маленькая ладошка зажала рот охраннику.
«Сейчас уходит, может закричать».
Осев на пол, сторож дернул кроссовками и затих.
«Извини, — вытер Алексей лезвие о куртку покойника,- я тебя к ним на работу не гнал. Сам выбрал. Не обессудь. Жалости к поверженному не было, приходилось, знаете, сталкиваться с подобными кадрами. Такой туповатый, исполнительный кадр, ежели скажут, и по частям нашинкует, и кожу на ремешки со спины живьем спустит. Война есть война».
«Оружие, конечно, в наплечке. Как же иначе, секьюрити и без ствола. «Иж», но полностью снаряженный. Все, время пошло.
— Диверсант оттащил тело в угол, прикрыв банным халатом: — Совсем не укрыть, но хотя бы время потратят, пока будут открывать, разглядывать, а мне и секунда лишняя на пользу.
-Глянув в зеркало и не обнаружив следов крови, тихонько приоткрыл дверь.
-Никого. Отлично. Служивый минут пять точно будет ждать. Время есть».- Неторопливо двинул по коридору.
В приоткрытую дверь слышен голос. Дальше — лестница, возле нее сопляк с бритым черепом, играется четками, изображая нож-бабочку.
«Чисто дети». — Не давая опомниться, перебил готовый сорваться возглас.
— «Камаз» там?- Кивок наверх. — Его Данилов зовет.
-Нет, он на веранде.- Автоматически среагировал «шестерка». — Какой Данилов?
Посыльная отмахнулась.- Не твое дело.
Сделав шаг к выходу на просторную, укрытую зарослями вьющихся лиан, террасу, Леха, определив, где может находиться объект, низом проскочил дверь и перекатом, преодолев три метра, вынырнул у плетеного кресла, в котором дремал крепкий мужик в спортивном костюме.
«Один, прекрасно. — Девчонка шагнула за спину и, ухватив левой рукой за короткий чуб, блокировала движение. Нож плотно зажал горло.- И впечатляет, и не заорет сдуру».
Выпучив глаза, «Камаз» потянулся встать. Громким шепотом, одновременно усилив нажим, в самое ухо предупредила.- Сидеть, прирежу.
Кожа лопнула от нажима отточенного клинка.
«Когда кровь чувствуешь и не видишь, это страшно». Ощущения склонны преувеличивать.
— Все, все.- Он опустил руки на подлокотники. — Что тебе надо?
Фразу Алексей произнес медленно и разборчиво, делая поправку на стресс жертвы: — Скажи охране, пусть подгонят машину. Мы с тобой отъедем. Если все как надо, через пять километров тебя отпущу. Начнешь дергаться, прирежу или пристрелю.
На сдавленный крик хозяина в беседку влетел давешний пацан.
-Машину подгони. — Хрипло приказал «Камаз».
Струйка крови, текущая по шее хозяина, впечатлила, и, не задавая вопросов, боец кинулся во двор.
-Прикажешь всем отойти, особенно твоему «Особисту». Он, может, и сумеет отбить, а, может, и нет. Тебе к чему рисковать?- Холод клинка убеждает лучше слов.
— Еще одно, за нами не гоняться. Увижу хвост, отрежу руку. — Уточнил, тебе — руку. Давай.
Вернулся посыльный, доложил: Готово.
Он с любопытством обвел глазами веранду и снова исчез. Прижав ствол к плешивому затылку, Леха вытянул из джинсиков узенький ремешок. Накинуть его можно и одной рукой, было бы умение. Прихватив руки пленника за спиной, обмотал другой конец вокруг шеи.
Во дворе одиноко стоял Мерседес, чуть поодаль, рассредоточившись
