Ей восемнадцать, ему сорок… Казалось-бы, что может связывать начинающую певицу из далекой провинции и капитана Российского спецназа? Тем более, что они даже не знают о существовании друг друга… Однако им предстоит вместе пройти через многое, и стать другими.
Авторы: Исаев Глеб Егорович
иди в музыкальный, у тебя талант.
Ответила: Я подумаю и, стараясь не разреветься от удовольствия, ретировалась.
В коридоре ее остановил роскошный парень, сунул визитку.- Я, сын…
Он назвал известную в театральных кругах фамилию.- Позвони, составлю протекцию. Мой отец на третьем круге в комиссии слушать будет. Сдерживаясь, чтобы не послать «сынка» в адрес, обогнула толпу и прошла к выходу.
«Что это со мной? Почему такой холод идет от смазливых мужиков? Вообще, заметила, что боюсь их. Просто дикий страх с недавнего времени?» — Ольга недоумевала.
Домой ехала в раздумьях. «А может, прав старик. Может, действительно, в музыкальный?»
«…Стоп, не дергайся. Давай закончим с одним, после будет видно»,- подкинул Леха здравую мысль.
Утро он встретил в отвратительном настроении. Перспектива жить в чужом теле, постоянно зависеть от прихотей ее сознания, желаний, стала невыносима.
«Она не виновата, а я чем провинился? Нагрешил? Так что? Ну, убили…, Я свое получил…, забирайте…, куда там дальше? Готов я. А так-то, зачем? Самое гнусное, если не давить ее сознание, ничего не сделаешь. Руку по собственной воле не поднять». — Короче, злой был, как черкес. Да и соседка поскучнела, детские мысли разбегались из крайности в крайность. То она хотела все бросить и уехать назад домой, то нарядиться, как на свадьбу.
«У нее, видишь ты, сегодня этюды. Задолбало». — Алексей отключился и тихо ненавидел всех. Себя, ее, весь мир. Кое-как добрались в институт. Снова нудная, парфюмерно-потная очередь. Она попыталась встряхнуться и привести себя в бодрое настроение.
«А, пусть творит, что хочет». — Он разглядывал портреты театральных корифеев, развешанные по стенам, и в происходящее не вникал.
-Ну-с, детка. Вы успешно прошли два тура, сегодня мы дадим вам задание…, исполнить сценку, экспромт.- Вальяжный мэтр с гривой седых волос снисходительно взирал на зеленую выскочку через круглые позолоченные очечки,
-Попытайтесь изобразить, к примеру, — он на секунду словно задумался, — грабителя банка. Вот мы, посетители и персонал, Вы — грабитель. За пять минут нужно сделать так, чтобы мы отдали Вам деньги. Взаправду.
Ольга растерялась, по молодости лет ей было невдомек, что талант, как правило, любят значительно меньше, чем посредственность. И нет для серости больше удовольствия, чем видеть поверженного удачника.
Задача казалась ей невыполнимой. Она и без того еле заставила себя прийти на экзамен. На душе скребли кошки. Плохо было. Тоскливо настолько, что хотелось выть. Она замерла, надеясь поймать кураж, но Лехе было все равно. — «Ее проблемы».
«Ничего, ни одной мысли. — Ольга представила, как поднимает руку, изобразив пистолет, тоненько говорит.- Спокойно, это ограбление».
«Чушь собачья, лучше не позориться » — Навалилось сонное безразличие. Опустив голову, чтобы скрыть выступившие слезы, двинулась к выходу.
«Да за что, такое?- Она беззвучно всхлипнула. — Пропади все пропадом. Куда теперь? В контору, полы мыть, за три тысячи? Или в гастроном, народ обвешивать».
Позади раздалась усмешка довольного своей выдумкой мэтра.
— Вот видите…- Фаянсово прожурчал он, обращаясь к соседке, увешанной посудным серебром. — Искусство, это не только смазливое личико…
И тут Лехина злость нашла выход. Мгновенным движением обернулся и, крутанув сальто, прямо через стол, пришел за спину болтливого пердуна. Уже в воздухе клацнул об угол пустую бутылку из-под газировки и, поймав очкарика за седые патлы, нежно вмял «розочку» в дряблую шею.
«Не убить бы,- мелькнуло запоздалое опасение. Будь такая цель, тот бы уже давно сипел разорванной трахеей «.
— Ты, гнида, лохматая. Деньги, на стол, живо. Кому сказано, ну? Всех касается. Пришью его, и другим не жить. Мне терять нечего.- Прозвенел мелодичный Ольгин голос.
Но сказано это было тем тоном, от которого тренированный британский диверсант, которого он «потрошил» в Анголе, сделал под себя. Что уж говорить про окаменевших эстетов. Они заворожено уставились на блестящее острыми гранями стекло, утопленное в жирную плоть.
— Мне повторить? — Разведчик тонко изобразил режущее движение.
Заложник взвизгнул и поперхнулся слюной, глаза закатились. Приемная комиссия зашевелилась. Бумажники и кошельки легли на стол. Кто-то в углу тихо взвыл в нешуточной истерике.
Причина была не в стекле, и даже не в голосе. Агрессии, исходящей от девчонки, было достаточно, чтобы застращать весь курс. Внезапный стресс требовал выхода. Соседка мэтра начала стаскивать алюминиевую бижутерию.
Понемногу начало отпускать. Леха ослабил пальцы, стискивавшие кусок стекла,
