Ей восемнадцать, ему сорок… Казалось-бы, что может связывать начинающую певицу из далекой провинции и капитана Российского спецназа? Тем более, что они даже не знают о существовании друг друга… Однако им предстоит вместе пройти через многое, и стать другими.
Авторы: Исаев Глеб Егорович
Мужичок в ломбарде не сразу признал в элегантной даме бомжиху, сдавшую дорогое кольцо. Он уже не рискнул предлагать выкупить его.
Вечерами я играла на гитаре, потихоньку бормоча слова к незамысловатым песенкам, записывая их на маленький цифровой плеер. Иногда ходила в театр, но с парнями старалась не знакомиться. Какое-то нежелание впускать чужих в свой мир. Учитель сказал: «Работа должна занимать все мысли и разум посвященного. Когда сможешь провести Ци по всем двенадцати меридианам, тогда станет легче. А пока сосредоточение и воздержание от соблазнов».
Сдается, хитрил. Сам он не раз бывал в изрядном подпитии. Выпив, танцевал замысловатые танцы, вполголоса напевал. Но никогда не терял разумения и ясности мысли. Ближе к весне, удивленный моими успехами, мастер перешел к другим упражнениям. Увеличение и перенос Ци. Упор делался на кисти и предплечья. Статические упражнения сменились динамическими.
Вскоре почувствовала, что могу управлять некоей энергией, заключенной в моем теле. Она не имеет ни цвета, ни запаха, только ощущения. Мастер назвал ее истинной Ци. Хитро усмехаясь, добавил.
— Вам, европейцам, нужна конкретика, называй ее внутренней Ци. Она дает дополнительную силу. А вот ее мгновенное направление в нужный орган может усилить его действие в сотни раз. Это и называется переход внутренней энергии во внешнюю.
Пойми, искусство создавалось многие столетия назад, неграмотные монахи как могли описывали состояние и принципы тренировок. Поэтому, я буду говорить теми словами, которыми записаны эти упражнения в древних манускриптах. Ты, маленькая европейка, уже сама переиначишь на свой лад. А я не хочу марать великие понятия прозой.
Овладев этим искусством, можно разбить пальцами чашку или стакан, кирпич, перетирать камни, использовать сильные пальцы при падении и в защите.
Встань лицом на юг. Ноги на ширине плеч. Смотри прямо. Тело наполнено энергией. Мысленно сосредоточься на нижнем даньтяне.
Упражнение с цветастым названием «Железная корова пашет землю» оказалось… отжиманиями на пальцах. Разница только в том, что мысленно я проводила энергию по телу к кончикам пальцев и обратно.
Однажды Чжан, задумчиво глядя на меня, произнес. Не будь ты настолько европейка, я мог бы сказать, что в тебе живет дух могучего воина. Но тебе сложно это понять. Прими на веру. Способности, которыми ты обладаешь, не твоя заслуга. Это труд и постижение мудрости целого рода воинов. Почему в тебе сосредоточена эта сила, мне неведомо. Усердно тренируйся, и ты поймешь эту мудрость.
Тренировки сами по себе ничто. Они направлены для просветления сознания. В наш век автоматического оружия и бомб техника соколиного когтя — песчинка. Но рост духовный поможет тебе значительно больше, чем внешние результаты тренировок.
Не знаю, как с духовным ростом, но стаканы я смогла ломать гораздо раньше, чем постигла мудрость. Стоит собрать Ци в пальцах и вместе с усилием мысленно направлять энергию наружу. Сначала тепло, затем подрагивание, и вдруг стакан разлетается на мелкие кусочки.
Занятия продолжались, но я все чаще с тревогой задумывалась о том, как жить дальше. Деньги таяли. Уроки мастера стоили дорого. Ради меня он забросил лечебную практику.
«Для чего мне все эти занятия?» — Я иногда задавалась вопросом. Но, вместо поисков ответа, просто вставала в стойку и начинала работать. Тело и душа просили подкачки этой энергии. Стремление к измененному состоянию — чем не цель?
Все когда-то кончается. Осенью Чжан сказал, что ему пора возвращаться на родину. Он уехал, и я опять осталась совсем одна.
Свободное время — вещь хорошая. Но, без друзей, в чужом городе?
Иной раз позавидуешь тем, у кого весь день расписан по минутам. Тренировки, безделье, книжки — вот и весь график. Бег по утрам стал таким же привычным, как холодный душ.
Сентябрь выдался на редкость паскудным. Сыро, холодно. Грязь из-под колес, только успевай уворачиваться.
Накинув капюшон, я трусцой бежала по серой листве парка. Отчаявшись бороться с ней, дворники махнули рукой, поэтому дорожки больше походили на тропинки в лесу. Бег не мешал размышлениям.
«Денег почти нет. Прописки, как ни называй, тоже. На работу не возьмут, да и некуда. Десять классов и коридор. Решено, еду домой. Какое ни есть жилье, да и родителей проведать надо, так на могиле и не была… «
Подняла голову, мазнув глазами знакомый пейзаж: «Что-то не так. Бегун, впереди меня, такой
