Ей восемнадцать, ему сорок… Казалось-бы, что может связывать начинающую певицу из далекой провинции и капитана Российского спецназа? Тем более, что они даже не знают о существовании друг друга… Однако им предстоит вместе пройти через многое, и стать другими.
Авторы: Исаев Глеб Егорович
побрела к выходу из парка. — «Мало ли пьяных валяется. Не думаю, что народ кинется выяснять, по какой причине здоровый лоб решил отдохнуть на траве. Дураков нет. Так что времени спокойно исчезнуть у меня навалом».
«Сомнения в том, что это не просто шальной маньяк или грабитель не посетили. Слишком жестоко для маньяка, хотя бы поначалу. Разве, что некрофил, но это вряд ли. И слишком рано для грабителя. Да и непрофессионально. Грабитель не заинтересован в нахождении на месте преступления. Поэтому, рвет сумку сразу после удара. А здесь даже попытки отобрать ее не было. «Жестко играют ребята. «Сибирские отморозки»- Хорошее название для команды КВН. Но в бизнесе надо бы погибче. Поэтому, никаких соглашений. «Я мзду не беру… Мне за руку обидно»,- если перефразировать небезызвестного таможенника Верещагина из «Белого солнца пустыни».
«Для шефа агентов еще навербую, а вот с этими будем разбираться по- взрослому. Главное, с плечом что?»
Как и предполагала, перелом ключицы. Открытый, но, слава богу, хоть без смещения. А могла бы, пока в горячке вертелась, и свернуть все. Повезло. Легкое сотрясение, и синяки, это вообще мелочи.
Шум на фирме мои травмы вызвали неслабый. Местный безопасник рыл землю копытом. Делал умное лицо и, вообще, разве что за наган не хватался.
Однако что-то мне подсказывало, паренек, которого я успокоила, был местным знаком. Уж больно угрюмый взгляд поймала я краем глаза, когда, выходя от шефа секьюрити, глянула в зеркало. А вот место нападения пришлось кардинально поменять. Не к чему, чтобы покойника в парке связали со мной. Местные, конечно, два и два просчитали, сейчас в «непонятке». Как, такой большой и сильный, специалист по разбиванию голов монтировкой угодил в прохладную тишину морга. Но и они, пока не проведут вскрытие и анализ повреждений, не должны заподозрить полутораметровую секретаршу в причастности к смертоубийству. Скорее, могут решить, что я не обычная говорящая кукла, а фигура более крупного пошиба, за которой москвичи поставили негласную охрану.
Медицинскую помощь оказали в дорогой и первоклассно оборудованной клинике. Но в палате я оставаться категорически отказалась. Хватило мне последнего больничного опыта. Беспокоило одно. Если раньше, когда я ненароком обнажала при сослуживицах грудь или спину, то на вопросы о шрамах всегда отговаривалась автокатастрофой. Девчонки охали и верили. А вот хирург, который обрабатывал мне ключицу, смотрел очень внимательно. Пулевой «сквозняк» он от царапины точно отличил. Ох, как тревожно мне стало. Брякнет, ненароком, кому-нибудь, и все. Не та фактура у девчонки для «огнестрела» такой специализированной пулькой… Ну что ж, значит, судьба. Как говорится, не везет мне в смерти, повезет в любви».
Опять началась размеренная жизнь. Работа, медитации, бег трусцой. Изредка встречалась с кем-нибудь, благо, что в фирме было достаточно молодых людей.
Наступил сентябрь. Заметила, что в моих приключениях осень становится временем, когда что-то происходит. Вот и теперь, новость на пятом канале прозвучала в двадцатых числах сентября.
Субботний день, ранние сумерки, пасмурное настроение. Сидя в теплом кресле, я щелкала кнопками, переключая каналы. Мелькнула картинка. Скороговорка читающей по бегущей строке диктора озвучила малопонятную чехарду кадров.
«Громкое покушение на семью питерского предпринимателя завершилось гибелью».- Дурно скроенная фраза привлекла внимание. И тут поняла — Явно знакомый пейзаж. Крыша особняка, кирпичный забор, частокол высоких тополей. Это же Комарово, дом Авдеева, отца Ирины. «Киллеры расстреляли Ивана Николаевича Авдеева и его жену, находившихся в автомобиле. Так же погибли охранник и водитель». Сюжет закончился, пошла реклама, а я сидела, тупо глядя в экран. С Иваном и его женой я встречалась один раз. Спокойный, уверенный человек. Горе, которое он пережил, было спрятано глубоко внутри. Какие доводы привел Юрий Петрович, убедив его выдать меня за свою погибшую дочь, так и осталось неизвестным. Но вражды я не почувствовала, скорее, жалость к вынужденной заниматься не своим делом девочке. Однако ситуация в корне изменилась. Являясь в глазах всех его дочерью, я столкнусь с множеством проблем, которые могут не только раскрыть меня, но и создать угрозу для всех заинтересованных лиц.
Первое, что пришло в голову.- «А не приложил ли к этому покушению руку мой любезный шеф. Комбинация получалась очень красивая. Единственная наследница немалого состояния, находясь в интересном положении нелегала, вряд ли сможет отказать, приди ему в голову идея переписать наследство. Тут не откажешь.
Принять эту версию мешало единственное умозаключение. Моя
