Шедевры детектива! Захватывающие произведения, среди авторов которых Артур Конан Дойл, Пэлен Гренвил Вудхауз, Агата Кристи, Ян Флеминг, Фредерик Форсайт, Патриция Хайслинг и еще более 20 писателей. Если вы хотите прочесть любимых детективных авторов и открыть новые имена, эта книга — то, что нужно!
Авторы: Перри Энн, Честертон Гилберт Кийт, Конан Дойл Артур Игнатиус, Форсайт Фредерик, Карр Джон Диксон, Флеминг Ян, Агата Кристи Маллован, Брэтт Саймон, Барнард Роберт, Нейо Марш
Я почти покончила с заполнением налоговой декларации, когда раздался звонок в дверь. Точнее сказать, декларация уже почти прикончила меня. Центральная колонка вела себя вполне дружелюбно, но вот колонки слева и справа от нее никак не хотели приходить в согласие.
Снова раздался звонок. Я не ответила — не хотелось мне сейчас никого видеть, к тому же я только что приняла важное решение. Я решила схитрить: если взять несколько пенсов из правой колонки и добавить их в левую, баланс сойдется. Конечно, это было не совсем законно, но, если это заметят в таможенном и акцизном управлении, они узнают только то, что им и так известно: дела у меня идут из рук вон плохо.
— Дверь была открыта, — произнес несмелый голос.
Недовольная тем, что меня отвлекают, я нахмурилась и повернулась к двери. Взгляд мой остановился не на лице, а на широком ремне из лакированной кожи. Я подняла глаза выше.
Стоящий в двери человек был настоящим великаном, ростом ближе к семи футам, чем к шести,
и с соответствующим телом. Такой человек не мог не бросаться в глаза, и было видно, что он гордится этим. Бритая голова гиганта отливала густым черным цветом на фоне его одежды. А одежда у него была примечательная: пестрый костюм-тройка, в котором можно было отыскать все цвета радуги, и сидел он на богатырской фигуре как влитой; широкий серебряный галстук прятался за ослепительно ярким жилетом; на паре добротных сверкающих туфель красовались серебряные пряжки размером с мою руку. Я сглотнула.
— Дверь была открыта, — повторил он.
Голос его был тихим и мелодичным. Никогда не стоит настраивать против себя великанов (даже наделенных обворожительным голосом), поэтому я улыбнулась. Чтобы посмотреть на него, мне пришлось так задрать голову, что у меня заболела шея, и я встала, чтобы хоть как-то сократить нашу с ним разницу в росте. Он шагнул ко мне.
Мужчина был действительно огромен. Когда он подошел ко мне, мне показалось, что я стою рядом с башней. С таким меряться смысла нет, поэтому я опять села.
— Чем могу помочь? — сказала я и подумала: «Слава богу, хоть голос не задрожал».
Он улыбнулся, и вместе с ним улыбнулся длинный серо-коричневый шрам через всю левую щеку. Усевшись передо мной в кресло, он опустил на мой стол два огромных кулака. Я невольно подалась назад. Немного, но головой о стенку стукнулась. Я незаметно почесала затылок.
— Я очень надеюсь, что вы можете мне помочь, — сказал он.
Я с внимательным видом кивнула и приготовилась слушать. Я была готова к чему угодно.
— Я хочу, чтобы вы нашли одного человека, — сказал он. — Человека зовут Тельма.
Тут у меня в голове как будто что-то щелкнуло, да так явственно, что, могу поспорить, в ту секунду, напрягая память, я потеряла сотню тысяч мозговых клеток. «Помню-помню, читали», — подумала я. Цинично улыбаясь, я прислонила спинку своего кресла к стене и положила ноги на стол, прямо на бухгалтерскую книгу. Жаль только, что у меня из угла рта не торчала сигарета, это дополнило бы образ.
— А как вас зовут? — спросила я. — Случайно не Лось?
Он озадаченно поднял брови.
— Лось? — переспросил он и на секунду задумался. — Нет. Мартин. Мартин Маллой.
Я снова улыбнулась, и на этот раз цинизм не был напускным.
— Сходится, — сказала я.
Он нагнулся вперед и сдвинул мои ноги вправо, открыв колонки цифр. Его толстый указательный палец ткнул в строчку посередине.
— А здесь нет, — сказал он. — Вы перепутали местами цифры. Посмотрите.
Я опустила ноги на пол и придвинула к себе книгу, чтобы закрыть, но не смогла удержаться и посмотрела на то место, куда указал его палец. Он оказался прав. Я нахмурилась.
Он улыбнулся с извиняющимся видом.
— Я просто хорошо разбираюсь в цифрах. А читать вверх ногами научился, когда сидел.
— Так, значит, вы сидели в тюрьме, — констатировала я.
Он кивнул.
— А упрятала вас туда Тельма.
На его лбу пролегла глубокая складка, и я вспомнила о его росте и кривом шраме на щеке. Он уже не производил впечатления доброго великана: я рассердила его. Я потянула за телефонный провод, пододвигая к себе аппарат.
— Тельма не упрятывала меня туда, — произнес он холодным голосом. — Более того, если кому-то я и должен сказать спасибо за то, что выбрался оттуда, так это ей, Тельме. — Он посмотрел мне прямо в глаза и прибавил: — Я не люблю, когда о Тельме говорят плохо.
Огромным усилием воли я заставила себя не отвести взгляд. Глядя на него, я легонько подтолкнула телефонную трубку, и та упала мне на колени. После этого я положила
