Шедевры детектива! Захватывающие произведения, среди авторов которых Артур Конан Дойл, Пэлен Гренвил Вудхауз, Агата Кристи, Ян Флеминг, Фредерик Форсайт, Патриция Хайслинг и еще более 20 писателей. Если вы хотите прочесть любимых детективных авторов и открыть новые имена, эта книга — то, что нужно!
Авторы: Перри Энн, Честертон Гилберт Кийт, Конан Дойл Артур Игнатиус, Форсайт Фредерик, Карр Джон Диксон, Флеминг Ян, Агата Кристи Маллован, Брэтт Саймон, Барнард Роберт, Нейо Марш
руку на телефон и поблагодарила Бога за то, что у меня в кабинете теперь стоит кнопочный аппарат. Брови Мартина Маллоя сдвинулись еще ближе.
— Рассказывайте, — сказала я, но голос мой прозвучал неуверенно, можно даже сказать, испуганно. Думая о том, удастся ли мне добежать до двери, если неожиданно вскочить, я незаметно нажала на телефоне первую девятку.
Одним быстрым и легким движением он перегнулся через стол, взял у меня с колен трубку и положил ее на стол.
Потом он опустил палец на одну из телефонных кнопок и нажал.
— Это вторая девятка, — сказал он. — Осталось нажать еще раз.
Давайте. Я не буду вам мешать.
Теперь клетки моего мозга исчезали с невероятной скоростью. «Это вызов, — подумала я. — Он заткнет мне рот, не успею я и слова в трубку сказать». Он играл со мной и, возможно, наслаждался этим. Но что мне было делать? Я сидела одна в своем жалком кабинете посреди Лондона. Если крик о помощи и услышат на улице, никто не подумает узнать, что происходит, все только поспешат убраться подальше. У меня не было выбора. Без телефона я была лишена связи с миром.
Я медленно подняла руку и подумала, что, если очень быстро нажать на кнопку, может, мой вызов и успеет соединиться. Рука начала дрожать.
— Я человек тихий, — проговорил он, наблюдая за моей рукой. — Видя мой рост, люди обычно думают обратное, но, честно, я и мухи не обижу. По крайней мере, женщину так точно не трону.
— А это откуда? — Я указала на его шрам. — Порезались, когда брились?
Он пожал плечами, и я заметила, как под пиджаком у него вспучились мышцы.
— Тюрьма — не курорт, — сказал он. — В ней ты или ломаешься, или становишься другим человеком.
— И вас она сделала другим человеком?
— Тельма сделала меня другим человеком, — сказал он. — Поэтому я и хочу ее найти.
Тут я несколько успокоилась, положила трубку на телефон и выдохнула. Страх прошел, и я почувствовала себя глупо. А еще меня охватила злость. «Он профессионал, — подумала я. — Настоящий хороший актер. И он меня сделал». Он и те, кто его послал, а я догадывалась, кто это мог быть. Что ж, теперь мне оставалось отделаться от него, закончить свои подсчеты и закрыть кабинет — возможно, в последний раз. После этого я смогу заняться местью.
«Но я буду делать это осторожно», — подумала я. Выдвинув верхний ящик стола, я достала блокнот. Открыв его на чистой странице, я написала вверху: «М. Маллой» и подчеркнула имя — так выглядело внушительнее. На следующей строчке я вывела прописными буквами: «ТЕЛЬМА».
— Парсонс, — сказал он. — Тельма Парсонс.
— Танцовщица? — спросила я, не поднимая головы.
— Социальный работник, — ответил он и прищурился. — Но она любила танцевать. Она показывала мне свои детские фотографии, на которых была в белой пачке.
«Социальный работник, — написала я. — Неудавшаяся балерина».
— Тельме все удавалось, — сказал он громко. Впервые он повысил голос.
Я ласково улыбнулась. «Танго в одиночку не станцуешь, — подумала я. — Наконец-то настал мой выход». Как бы он ни старался изобразить праведный гнев, меня бы это все равно не проняло, тем более этот великан был настолько глуп, что связался с Сэмом.
— Почему бы вам не рассказать мне все по порядку? — предложила я.
Он откинулся на спинку кресла, и оно жалобно скрипнуло. Насупив брови, он стал теребить золотую цепочку для часов, висевшую у него на жилете.
— Тельма часто навещала меня в тюрьме, — начал он. — Она приучила меня к книгам.
Мой взгляд невольно обратился к моей бухгалтерской книге.
Он рассмеялся, или, по крайней мере, я приняла за смех те скрипучие звуки, которые исторг его огромный рот.
— Не к таким книгам, — сказал он. — К цифрам у меня талант от рождения. Из-за них у меня и начались неприятности. Нет, Тельма открыла мне мир литературы.
«Социальный работник перевоспитывает зэка, открывая ему глаза на прелести произведений девятнадцатого века», — написала я в блокноте.
— Современной литературы, — громко сказал он.
От неожиданности я вздрогнула, но вспомнила, что он умеет читать вверх ногами.
— Это полностью перевернуло мое отношение к жизни, — продолжил он. — Открыло новые горизонты. Я хочу поблагодарить ее и сделать это не в душной и мрачной тюрьме, а в настоящем мире. В свободном мире.
«В свободном мире, — подумала я. — Похоже, она его пичкала антикоммунистическими книжонками».
— Ну, так езжайте к ней и поблагодарите у нее в кабинете, — сказала я.
Великан со страдальческим видом покачал лысой головой.
— Она уволилась с работы, — сказал он. — Это занятие ей никогда не нравилось. Она
