Английский детектив. Лучшее

новостей, нездоровилось (празднование Рождества прошло не без последствий), и он, оставив дела на юного Паттерсона, ушел домой пораньше — отлеживаться. Макграт спал тяжелым сном, когда у его кровати зазвонил телефон.
Макграт, издавая потусторонние звуки, как разбуженный до полуночи призрак, все же снял трубку.
— Хейзел Лоринг? — повторил он. — И что с ней?
— Она умерла, — ответил Паттерсон. — Вернее, ее убили. Вы знаете площадь Виктории?
— Нет.
— Это маленькая тихая площадь в Бейсуотере. Хейзел Лоринг жила там. Посреди площади — небольшой парк для прогулок, и вот примерно в одиннадцать часов патрульный полицейский нашел в этом саду Хейзел Лоринг, она была мертва и практически раздета.
— Что? — вскричал Макграт, и сон в одно мгновение выветрился из его головы.
— Ну, на ней были только бюстгальтер и нижняя рубашка. Она сидела на скамейке, мертвая, как Клеопатра, а остальная ее одежда лежала рядом с ней, аккуратно сложенная.
— В такую погоду?
— Да. Полицейский за час до этого видел, как она шла в парк. Причина смерти — несколько ударов по голове тростью со свинцовым набалдашником. За скамейкой остались следы борьбы.
— Да! — загорелся Макграт. — Ставь это на первую полосу. Каждая женщина в стране захочет узнать, что случилось с Хейзел Лоринг.
Все знали имя Хейзел Лоринг, лицо Хейзел Лоринг и взгляды Хейзел Лоринг. «Улыбайся и здоровей» — так называлась еженедельная колонка, которую она вела в газете «Дейли бэннер», злейшем конкуренте «Дейли рекорд» Макграта. «Улыбайся и здоровей» назывались и печатавшиеся тысячными тиражами буклеты, в которых она объясняла домохозяйкам, как можно без особых усилий поддерживать хорошую фигуру. И в них она не призывала питаться одними галетами и любить это.
«Я разработала эти упражнения по совету врача, — писала она. Всего лишь три минуты утром, и больше можете ни о чем не задумываться. Если вы любите шоколад, ешьте его на здоровье. Просто не забывайте выполнять упражнение и ешьте, что хотите».
Ее простой, искренний стиль растопил сердца женщин. И вскоре она уже давала советы не только о здоровье, но и о любви, о шляпках и о мужьях. Все видели фотографии красивого уверенного лица с угловатыми скулами, белозубой улыбкой и ямочками на щеках. У нее была прекрасная фигура, она была худа и очень энергична. Одевалась она со вкусом, но не броско. Серьезные карие глаза, волосы, собранные в аккуратный пучок, — ей могло быть тридцать пять. Тысячи чувствовали себя так, будто были знакомы с ней лично, и не стеснялись писать ей об этом.
Но кто-то ее убил, полураздетую, в общественном парке холодной декабрьской ночью.
По правде говоря, даже Макграт, многое повидавший на своем веку, услышав о том, что произошло, испытал жалость. Его жена не сдерживала своих чувств.
— Бедная женщина! — воскликнула она с соседней кровати. — Бедная женщина!
— О, тебя это так поразило? — спросил Макграт, у которого тут же проснулось редакторское чутье.
— Господи, конечно! Подумать только, что за жестокое, бессмысленное…
— Значит, так мы и представим эту историю. Кажется, на меня нашло вдохновение… Но Хейзел Лоринг! Кто мог подумать…
На следующее утро плоды своего вдохновения он представил Хаустону, ответственному редактору.
Офисы «Дейли рекорд» занимают модернистское здание, больше всего напоминающее заключенный в хромированную клеть гигантский шарообразный аквариум. О ночном происшествии уже знали все, и Флит-стрит гудела от слухов. Убийство Хейзел Лоринг — хотя никто еще не располагал доказательствами, что это было именно убийство, — посчитали таким важным событием, что в кабинете ответственного редактора было проведено собрание. В этом оформленном в кубистском стиле помещении с яркими шторами царственный Хаустон восседал за большим столом из черного стекла. У него был мученический вид.
— Это невозможно, — сказал он. — Мы не можем на такое пойти. Мы потеряем лицо.
— Хорошо. Оставайтесь при лице, — горячо ответил Макграт, — но не упускайте такой шанс. Вот смотрите: это женское преступление, оно просто сочится интересом для женщин. Оно подходит для серии репортажей, что-нибудь вроде «Наш корреспондент следит за расследованием» или «Развитие событий, день за днем». И вот, когда половина женщин Англии с замиранием сердца ждет новостей, что делаем мы? А вот что: мы поручаем освещать это дело женщине.
Хаустон провел рукой по узкому высокому лбу.
— Женщина будет писать о работе полиции?
— Почему нет? Ничто не мешает ей не потерять лицо, верно? Она будет женственной и доброй, добавит немного грусти, и готово! Все читатели будут наши.
Хаустон