Шедевры детектива! Захватывающие произведения, среди авторов которых Артур Конан Дойл, Пэлен Гренвил Вудхауз, Агата Кристи, Ян Флеминг, Фредерик Форсайт, Патриция Хайслинг и еще более 20 писателей. Если вы хотите прочесть любимых детективных авторов и открыть новые имена, эта книга — то, что нужно!
Авторы: Перри Энн, Честертон Гилберт Кийт, Конан Дойл Артур Игнатиус, Форсайт Фредерик, Карр Джон Диксон, Флеминг Ян, Агата Кристи Маллован, Брэтт Саймон, Барнард Роберт, Нейо Марш
старух. Когда вы пятнадцать лет назад начали ходить к нам в Розовый коттедж, Терезе было девяносто лет, я мне — семьдесят шесть. Не думаю, что для ребенка это такая уж большая разница. Да и для большинства других людей тоже. К тому же Тереза всегда была здоровой и удивительно хорошо сохранилась.
Придя в себя, я попросил ее продолжать.
— Мало что можно добавить. Я помогла матери убить и похоронить Джейкоба Моргана. Но мы не разрезали его на части. Это — выдумки бессовестных сплетников. Мои неродные родители умерли почти одновременно в самом начале века, и Тереза прислала мне деньги, чтобы я переехала к ней в Нью-Йорк. Замуж я не вышла, поэтому меня ничто не держало. Я думаю, что та встреча с Джейкобом Морганом, хоть и была короткой и ничем не закончилась, на всю жизнь внушила мне отвращение к супружеским отношениям. Как бы то ни было, именно в Нью-Йорке Тереза рассказала мне, что она — моя мать. Сэму она, разумеется, не могла признаться в этом, поэтому представила меня как знакомую, и мы жили как подруги, а не как мать и дочь. — Она улыбнулась. — Вернувшись в Англию, мы решили выдать себя за двух старых дев. В деревне о таких вещах не принято расспрашивать, поэтому нам это было удобно.
— А как же полиция нашла вас спустя столько лет?
— Мы никогда не скрывали своих имен и не прятались. Розовый коттедж мы купили у местного агента еще до возвращения из Америки, так что наш адрес значился на каждой бумаге, которую мы заполняли. — Она пожала плечами. — Полицейские быстро поняли, что Тереза слишком слаба, чтобы ее допрашивать, а тем более сажать в тюрьму, поэтому просто не стали продолжать это дело. И если уж на то пошло, у них не было доказательств. Вы этого не знали, потому что Тереза не хотела вам об этом говорить, но она знала, что умирает, еще до того, как к нам приехала полиция. Так же, как и я сейчас знаю, что умираю.
— И она умерла, так и не сказав вам, кто был вашим отцом?
Мисс Юнис кивнула.
— Насчет этого я не обманывала. Но у меня были подозрения. — Глаза ее заискрились, как шипучий напиток, налитый в стакан. — Знаете, Тереза всегда слишком предвзято относилась к этой Трифене Спаркс, а мистер Гарди заглядывался на хорошеньких девушек…
Сорок лет прошло после смерти мисс Юнис. Я жил во многих деревнях, городах и странах. Хотя я часто вспоминал историю, которую она рассказала мне, у меня не возникало желания изложить ее на бумаге до сегодняшнего дня.
Две недели назад я опять переехал в Линдгарт и, распаковывая вещи, наткнулся на первое издание «Вдали от обезумевшей толпы». 1874 — год, в котором Гарди женился на Эмме Гиффорд. Когда я в очередной раз задумался над загадкой короткой надписи на форзаце книги, слова стали сами по себе складываться у меня в голове, и мне оставалось лишь перенести их на бумагу.
Дописав рассказ, я вдруг почувствовал сильную усталость. Сегодня жаркий день, и раскаленный воздух дрожит, смазывая зеленые, серые и коричневые крутые склоны холмов. Я смотрю в окно и вижу туристов, отдыхающих на деревенском лугу. Молодые люди раздеты по пояс, у некоторых на лопатках татуировки — бабочки и ангелы, рядом с ними сидят девушки в шортах и футболках. Они смеются, едят бутерброды и пьют из бутылок газировку или пиво.
Одна из девушек только что заметила меня и помахала рукой, возможно, считая старым извращенцем, и, когда я помахал ей в ответ, я представил себе другого писателя — гораздо талантливее меня, до величия которого я никогда не смогу подняться, — как он сидит у окна и смотрит на красивую, совсем молодую девушку, идущую через сад. Девушка машет ему в ответ. И она останавливается нарвать цветов, пока он откладывает свой роман и выходит из дома на теплый солнечный воздух, чтобы познакомиться.
Жизнелюбивый торговец антиквариатом, симпатичный негодяй Лавджой своим умением вечно ввязываться в разного рода авантюры завоевал себе и своему создателю, Джонатану Гэшу, славу и преданное почитание среди поклонников детективного жанра. История занимает важное место в таких романах серии о Лавджое, как «Иудова пара», «Кража в Ватикане» и «Дом для светлячка». Она играет большую роль и в рассказе «Гпаза короля Оффы»
(«Король Оффа» — это название старинной монеты), хотя он не входит в цикл о Лавджое.
