Шедевры детектива! Захватывающие произведения, среди авторов которых Артур Конан Дойл, Пэлен Гренвил Вудхауз, Агата Кристи, Ян Флеминг, Фредерик Форсайт, Патриция Хайслинг и еще более 20 писателей. Если вы хотите прочесть любимых детективных авторов и открыть новые имена, эта книга — то, что нужно!
Авторы: Перри Энн, Честертон Гилберт Кийт, Конан Дойл Артур Игнатиус, Форсайт Фредерик, Карр Джон Диксон, Флеминг Ян, Агата Кристи Маллован, Брэтт Саймон, Барнард Роберт, Нейо Марш
что именно это место выбрали главным убежищем те люди, которых разыскивали силы МБ. И как майор Смайт только что сказал Бонду, в этом отряде у них была не жизнь, а песня. За все время им даже выстрелить ни разу не пришлось… Если не считать тех двух выстрелов майора Смайта.
Джеймс Бонд как бы между прочим произнес:
— Имя Ганс Оберхаузер вам о чем-нибудь говорит?
Майор Смайт нахмурился, пытаясь вспомнить.
— Нет, ничего.
Несмотря на тридцать градусов в тени, он задрожал.
— Я освежу вам память. В тот же день, когда вам были переданы для ознакомления документы, в гостинице «Тифенбруннер», где вы были расквартированы, вы расспрашивали насчет лучшего горного проводника в Китцбюхеле. Вас направили к Оберхаузеру. На следующий день вы попросили у командира однодневный отпуск и получили разрешение. Следующим утром, очень рано, вы отправились в шале Оберхаузера. Взяли его под арест и увезли на своем джипе. Это вам о чем-то говорит?
Фраза «освежу память» — сколько раз сам майор Смайт произносил ее, когда пытался загнать в ловушку какого-нибудь немецкого лгуна! Не спеши. Ты готовился к этому много лет. Майор Смайт в сомнении покачал головой.
— Нет, что-то не припоминаю.
— Мужчина с седеющими волосами и хромой ногой. Он немного говорил по-английски — работал лыжным инструктором до войны.
Майор Смайт посмотрел прямо в холодные голубые глаза.
— Извините, ничем не могу помочь.
Джеймс Бонд вынул из внутреннего кармана небольшой блокнот в синей кожаной обложке и стал листать страницы. Потом остановился и посмотрел на майора.
— Тогда вашим табельным оружием был «уэбли-скотт» с серийным номером восемь-девять-шесть-семь-три-шестьдесят два.
— Конечно, у меня был «уэбли». Крайне неудобная штука. Надеюсь, сейчас их заменили на что-нибудь похожее на «люгер» или «беретту». Но я вообще-то на номер никогда внимания не обращал.
— Номер правильный, можете не сомневаться, — сказал Джеймс Бонд. — У меня записаны даты, когда вам его выдали в штабе и когда вы его сдали. Вы расписались в журнале оба раза.
Майор Смайт пожал плечами.
— Значит, это был мой пистолет. Но… — в его тоне появилось раздражение, — я могу узнать, в чем цель этих расспросов?
Джеймс Бонд посмотрел на него почти удивленно. Потеплевшим голосом он произнес:
— Вы прекрасно знаете их цель, Смайт. — Немного подумав, он продолжил: — Вот что я вам скажу. Я сейчас выйду в сад минут на десять. Пока меня не будет, подумайте хорошенько. Потом позовете меня, — серьезно добавил он. — Я могу значительно упростить вам жизнь, если услышу рассказ из ваших уст. — Бонд подошел к двери в сад и обернулся. — Боюсь, что разговор с вами — всего лишь формальность. Видите ли, вчера в Кингстоне я поговорил с братьями Фу.
И он вышел на лужайку.
Майор Смайт почувствовал некоторое облегчение. Наконец-то эта битва умов, эта необходимость придумывать алиби и изворачиваться! Если Бонд добрался до братьев, хотя бы одного из них, они наверняка уже раскололись. Меньше всего они хотели проблем с правительством. Да и от последнего слитка осталось не больше шести дюймов.
Майор Смайт быстро встал с кресла, подошел к заполненному буфету и налил себе еще бренди и эля, почти поровну. Пока еще есть время, можно себя побаловать. В будущем подобных удовольствий, похоже, не предвидится. Он вернулся к креслу и закурил двадцатую сигарету за день. Взглянул на часы: половина двенадцатого. Если удастся отделаться от этого типа, у него еще останется уйма времени, которое можно посвятить своему «народу». Он сидел, пил и размышлял. Можно было растянуть рассказ, и можно было изложить все коротко. Можно вспомнить, какая тогда была погода и как пахли горные цветы и сосны, и можно было сразу перейти к делу. Последний вариант был ему больше по душе.
Там, в большой спальне гостиницы «Тифенбруннер», разложив на кровати кожаные папки и листы серой бумаги, он не искал в них что-то особенное, просто отбирал образцы и особое внимание уделял тем, на которых стояла красная пометка: «Höchst vertraulich».
Таких было немного, и в основном это были тайные донесения о высших чинах немецкого правительства, перехваченные шифровки союзников и информация о местоположении секретных складов. Поскольку последние являлись основной целью отряда «А», майор Смайт изучил их с особенным интересом: провиант, взрывчатка, оружие, шпионские донесения, личные дела сотрудников гестапо. Небывалый улов! В нижней части пакета лежал конверт, запечатанный сургучом, с надписью: «Вскрыть только при самых чрезвычайных обстоятельствах». В конверте находился один листок, без подписи
