Аннстис. Дилогия

сильнейших, и не слово не было сказано о защите от них…
– Ты способен провести ритуал? – вопрос, своим тоном не подразумевающий ответа «нет».
– Я… – еле выдавил из себя Гденд, а вокруг него пока еще едва заметно начали формироваться защитные плетения. Он вполне обоснованно начал бояться не только за возможные проблемы со жрецами, но и за свою драгоценную жизнь.
– У тебя будет выбор. – Заметив попытки ученика мага защититься себя, раздраженный его поведением произнес я. Наш разговор давно пересек черту милой беседы и скорее напоминал череду вопросов под мерное шарканье топора палача о точильный камень. Он боялся, до смерти боялся магии, которой владел, боялся существ, которых должен был убивать и подчинять, всеми помыслами, правдами и неправдами старался оказаться подальше от гнева светлых богов. – Выбор прост, Гленд, служение или смерть. Ты услышал слишком многое, и я не верю, что ты способен удержать язык за зубами до нашей следующей встречи. – От упоминания новой встречи собеседник нервно сглотнул.
– Господин ба… – Я сформировал в руке сгусток черного пламени, не правильного по своей сути, чужого и враждебного всему живому. Созданное из моей темной сути, оно не отбрасывало свет, не источало тепло, зато своими языками тянулось к источнику тепла и души, сидящему напротив меня.
– Выбирай, – Гленд побледнел, его руки затряслись, голос дал петуха и он упал на колени.
– Господин, прошу, жизнь…
– Правильный выбор. – Маленькая искорка черного пламени отделилась от огня в моей ладони и удобно устроилась в душе демонолога, рожденный убивать и порабощать сам стал рабом того, кого прежде боялся и ненавидел. Гленд не соврал, с добровольцами действительно легче, до его формального согласия я мог либо убить его и сожрать душу, либо отпустить…
– Поднимайся, слуга, тебя ожидает много работы!
Отступление. Турус, первый жрец храма пресветлой
– Да прибудет с вами свет, – встреченный во дворе храма паладин выполнил церемониальный поклон.
– Да не оставит тебя благосклонность богини, – я, как и полагается настоящему жрецу, ответил приветствием на приветствие.
– Господин Турус, вас желает видеть Анст барон де Ганзак. – Чуть склонив голову, с почтением обратился ко мне оберегающий храм паладин. Они единственные в храме кому известно, кто я на самом деле, и кто без лишних колебаний выполнит любой мой приказ, даже если это будет казнь дворянина за преступление против веры.
– Не стоит заставлять перворожденного ждать, проводите его в покои настоятеля, я приму его его там.
Едва жрец и инквизитор в одном лице успел поудобнее устроиться в жестком деревянном кресле, стоящем перед заваленным бумагами и свитками столом, как после вежливого стука в помещение вошел эльф.
– Здравствуй, Турус. – В меру учтивым уверенным голосом дворянина начал он, – вижу, ты вполне освоился на новом месте, но, к сожалению, я пришел не затем, чтобы поздравить, скорее напротив. Баронство переживает отнюдь не самые лучшие времена, а потому я вынужден просить о помощи, в надежде, что ты еще не забыл нашей дружбы.  – Последнее слово было сказано с такой интонацией, что я против воли вспомнил, при покровительстве кого я переступил порог храма и кто активно способствовал моему сегодняшнему статусу. Я вздохнул. Не обнаружив в баронстве следов скверны и тьмы, а в действиях баронессы скрытого умысла, мир ее праху, я очень терпеливо ждал именно этого момента.
– В чем заключается эта помощь? – Уже предчувствуя, что ничем хорошим очередная затея барона закончиться не может, покладисто осведомился я. Выходить из роли «вчерашнего странствующего монаха» было все еще рано. Ведь даже если он и не причастен к смерти верных служителей богини – это еще не значит, что барон не попытается с выгодой воспользоваться ситуацией и впоследствии вертеть жрецами, как куклами, а это проступок еще более тяжкий, нежели убийство.
– Все нормально, Турус, ты же знаешь, я не потребую ничего, что бы противоречило заветам богини. Сказать по правде, я бы предпочел обойтись без твоего участия, но у меня практически не осталось выбора. Единственная просьба – чтобы все произошедшее осталось между нами.
Спустя несколько дней, где то в глубоких подвалах замка де Ганзак.
– Отлично, просто великолепно! – Я потирал руки от предвкушения.
За последние дни демонолог, теперь уже мой демонолог, практически не отвлекаясь на такие глупости как сон и еда, полностью, вплоть до самого последнего сантиметра покрыл самое большое помещение замка, расположенное