Аннстис. Дилогия

Кабинет дознавателя, три часа до полудня.
– Рассказывай, Грюм, – сказал дознаватель, положив руку на подписанную папку, – хочу услышать от тебя подробности, а не читать эти сухие строки.
– Мы просчитались, господин дознаватель, – чуть помолчав, произнес глава группы, – помимо продажных женщин, различного одурманенного ворья, охраны и прочего отребья, там залегла на дно пятерка обученных убийц. Как выяснилось, их укрывали в обмен на защиту и коекакие услуги, наподобие устранения неугодных клиентов или конкуренции… – Мужчина снова на секунду замолчал. – Шестеро погибших, господин дознаватель…, самые большие потери в рейде за последние пять лет, ко всему еще и цель не удалось взять живой, наш источник тоже погиб. Его сгоряча прибил тот самый маг артефактор, возможно стоило дать ему несколько больше информации…, хотя это последнее о чем стоит думать, найти наводчика среди регулярных посетителей подобных мест не такая уж проблема. Сейчас я беспокоясь о другом, мы конечно отделили и соответствующим образом обработали голову главаря, но большой вопрос, смогут ли чтото вытащить наши некроманты, думаю, в таком деле не стоит рисковать и нужно идти сразу к Старику. Уж больно не хочется терять с таким трудом доставшийся трофей, да и обстоятельства смерти не совсем обычные, цель застрелили через окно с крыши соседнего здания, причем стрелка взять не удалось. Ктото попытался зачистить все концы, сразу же, как узнал, куда направляется отряд, навевает нехорошие мысли, вы не находите?
– Хмм…, и впрямь неприятный запашок у этого дела, ктото из наших? Да нет, не может такого быть, как всегда в обстоятельства дела были посвящены только самые доверенные лица, с их стороны возможность утечки минимальна, разве что…
– Разве что это ктото наверху, ктото, кто имеет доступ и интересуется нашими отчетами, – закончил за дознавателя глава штурмовиков. Оба пристально посмотрели друг другу в глаза, словно выискивая в них искру сомнения или неуверенности в своих предположениях. – Заговор на самом верху, господин дознаватель, – подвел он итог, – копать надо было именно там…
Тот же кабинет, два часа до полудня.
– Рассказывай, что узнал про нашего паренька, – заинтересованным тоном начал разговор дознаватель.
– Не так много как хотелось, но и не настолько мало, как могло бы оказаться, – подогревая интерес друга, начал вошедший маг. – Я бы подумал, что у него подложная аура, или какой не стандартный амулет, но, как правило, человеческое тело не может врать и подтверждения обратному я еще не встречал, рефлекторные реакции невозможно подделать за короткий срок. Сколько бы человек не пытался, он все равно будет отдергивать руку от огня и закрывать глаза от яркого света, это рефлекс, выработанный годами жизни и поколениями предков. Его можно подменить другим, ослабить, но никак невозможно убрать вовсе, всегда остается хоть чтото, хотя бы минимальная реакция на боль или удовольствие, а тут абсолютное наплевательство на тяжелую рану, после который любой солдат быстрее ветра побежал бы к целителю, спасая свою собственную шкуру. К моему большому удивлению, передо мной предстал практически полностью подавленный, или же скорее взятый под контроль, а уже потом задавленный на корню инстинкт самосохранения вот, что убедило меня в естественности отсутствия какихлибо изменений или волнений в ауре во время боя, я бы даже сказал в ее необычной неподвижности. Иначе я бы не посмотрел на условности и продавил защиту сознания, а так имеем, что имеем…
Вот ты только представь себе, арбалетный болт попадает ему прямиком в горло, а ритм сердца даже не дрогнул! На лице не отразилось ни единой эмоции кроме досады и неудовольствия, он все прекрасно понимал, чувствовал, и, если учесть, что он всетаки целитель, то наверняка точно знал, что рана не смертельна и потому продолжал действовать так, как считал необходимым в сложившейся ситуации. Знаешь, я тогда смотрел на него и на ум приходили старинные байки о сумасшедших, помешанных на исследованиях смерти некромантах, что были готовы отрезать хоть собственную руку на недостающие ингредиенты, чтобы завершить удачно начатый эксперимент. Я считал их страшилками, что рассказывают непослушным детям родители маги, студенческими шутками над излишне пугливыми девушками, а сейчас уже сомневаюсь. Мне поневоле становится не по себе, когда вроде бы обычный одаренный не боится ни черта, ни дьявола и без тени сомнения шагнет даже в гиену огненную, если будет уверен в победе, подобные не останавливаются ни перед чем, пока верят в правоту своих действий. И самое неприятное, что у парня определенно есть мозги,