«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
все того же полководца.
Вайхи, преодолев речку, остановились. Мы их прекрасно видели, но и им были видны наши приготовления. В чистом поле мы не имели бы против них ни единого шанса. Их обычная тактика – закружить карусель вокруг противника, непрерывно закидывая стрелами с наконечниками из бараньих косточек. Попробуй попади из тяжелого ружья в движущуюся мишень, когда от момента нажатия на спусковой крючок до самого выстрела проходит куча времени. А здесь им предстояло подниматься в гору по узкой дороге, неизбежно потеряв скорость в конце подъема. Да еще и телега как препятствие.
Интересно, как здесь на телеге спускаются? У нее есть несложное устройство для торможения, да еще лошади помогают, упираются. И все равно, не очень понятно. Я представил себе картину, как повозка, разогнавшись, толкает перед собой лошадей, заставляя их бежать все быстрее, а кучер в панике орет благим матом, – и невольно улыбнулся. Анри посмотрел на меня с некоторым удивлением: мол, чему можно радоваться перед началом смертного боя?
А вот и нет, больше всего в жизни я люблю покой, который, как известно, нам только снится. Кстати о стихах, а как там моя гитара?
– Прошка, – громко спросил я, – ты гитару из телеги вытащил?
– Забыл, ваша милость, – поник головой простодушный парень.
– Ну ты даешь. Смотри, если что-то с ней случится, придется тебе в Трондент за новой гитарой ехать. – Все с интересом прислушивались к нашему разговору.
– Так это ж далеко, ваша милость. Сколько времени уйдет…
– Ничего, мы тебя подождем.
– А где подождете-то? – поинтересовался Проухв.
Но разговор продолжения не получил.
– Они пошли, – сказал Нектор, имея в виду вайхов.
Степняки всей толпой с места рванули галопом, набирая скорость перед подъемом. Вот они преодолели четверть пути, вот уже на половине подъема…
– Шлон, время, – крикнул я бомбометателю. Тот один за другим поджег оба запала, бросил бомбы вниз по склону и схватился за ружье.
Плотная масса конников приближалась, замедляясь по мере подъема и переходя на шаг.
Тридцать, двадцать, пятнадцать метров.
– Залпом… огонь! – заорал я и нажал на спуск, целясь в ближнего врага. Раздался залп, следом грохнула пищаль Прошки. Откинув ружье, я схватил пистолеты и с обеих рук разрядил их в мелькающих среди клубов дыма вайхов. Где-то на склоне рванули бомбы, что вызвало дикий визг среди нападающих. Прошка с балотом в руках метнулся мимо меня на помощь пикинерам, сдерживающим натиск пытающихся прорваться в проход степняков. Взяв в руки последнюю пару заряженных пистолетов, я поспешил туда же. Анри, выстрелив все заряды, выхватил шпагу с дагой и вскочил на телегу.
«Безрассудно», – успел подумать я и всадил пулю в бок замахнувшемуся на меня копьем вайху. Уронив на землю пистолет, обнажил шпагу и запрыгнул на телегу, встав рядом с Коллайном. Наверху видимость резко улучшилась, и оба мои заряда из пистолета нашли свои цели. Быстро поменяв пистолет на дагу, спрыгнул на землю уже с другой стороны повозки, принял удар сабли на гарду кинжала и от души вонзил клинок шпаги в живот нападающему. Вырвав шпагу, прижался спиной к телеге.
Хлопнул пистолетный выстрел, и справа от меня сполз с коня еще один мертвый вайх.
«Да сколько же вас?» – уже с отчаянием подумал я, отражая выпад копьем и нанося удар в спину голому по пояс и сплошь покрытому татуировками кочевнику. Словно в ответ на мои невеселые мысли, вайхи стали разворачивать коней, отступая. Прошка, весь в крови, бросил в след убегающим врагам свой балот, угодив точно между лопаток одному из них. Я бросился к ящику с бомбами, достал одну, отрезал запал почти под корень, поджег его от валявшегося на земле дымящегося фитиля и катнул снаряд, чувствуя, как приливает кровь к лицу от усилий. Бомба взорвалась как нельзя более удачно, угодив под ноги задним из отступающих врагов. Взрыв разметал нескольких из них, придав ускорение остальным. Ухватившись за край повозки, прохрипел:
– Заряжай. Заряжаем, парни, стволы, все остальное потом, – и принялся заряжать своего двуствольного любимца. В голове упорно крутилась одна и та же мысль: нужно успеть зарядить все стволы, иначе кранты.
Ко мне неспешным шагом подошел Анри и сказал:
– Это победа, де Койн. Они убегают. Мы сделали это, и черт меня возьми, если нам хоть кто-нибудь поверит.
С этими словами он забрал у меня пистолет и сунул в руки кожаную бутыль с вином:
– Глотни, это сейчас важнее.
Усевшись возле колеса телеги прямо на землю, я закрыл глаза и от души приложился к горлышку. Только сейчас я ощутил сильную жажду и нервную дрожь в руках. После нескольких глотков почувствовал себя значительно лучше. Посидел
