«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
одной стороне луга. На противоположной стороне собрались люди Макрудера. Коллайн отправился на встречу с секундантом графа, я же немного прошелся, разминаясь. Мне показалось, что за прикрытой шторкой окном одной из карет мелькнуло лицо Миланы, но уверенности не было: гербы на всех каретах отсутствовали. И к чему эти шторки? Взяли бы и затонировали стекла – гаишников еще и в помине нет… Я усмехнулся, представив картину, как местные стражи порядка на лошадях, накрытых желтыми с синей полосой попонами, гоняются за каретами с наглухо тонированными окнами.
Услышав движение за спиной, обернулся и успел увидеть, как невозмутимый Кот вложил в ладонь Шлону пару серебряных монет. Явно у парней пари, но какое? Вот негодяи, на исход дуэли побились об заклад.
Так, где там моя кочерга? Нужно хотя бы чуть-чуть приноровиться к ней. На мой вопрос Нектор развернул сверток, до этого пребывающий у него под мышкой. Из свертка он извлек на свет божий довольно длинную и тонкую кочергу, к ручке которой был привязан темляк, а на другом конце, возле самого крюка, обнаружился большой красивый розовый бант. Судя по выражению его лица, эти апгрейды моего оружия и для него явились неожиданностью.
Однозначно это Шлон – кто же еще! Вон он стоит, с невозмутимым видом.
Взяв кочергу в руку, я проверил баланс. Черт, какой может быть баланс у кочерги? Кстати, кочерга выглядела совсем новой, и металл на нее пошел приличный, хотя она добросовестно испачкана сажей. Ночью ее, что ли, успели сделать? И темляк, несомненно, снятый с тяжелого кирасирского палаша, служил компенсатором, а не украшением. А вот бант нужно сместить к рукоятке – и обзор закрывает, и подобием гарды может послужить.
Постукивая крюком кочерги по голенищу, я стал ждать сигнала к началу схватки.
Вернулся Анри, взглянул на кочергу, открыл рот, но я прервал его движением ладони: это не обсуждается.
– Условия обычные: поединок продолжается до тех пор, пока один из вас не извинится либо же будет не в состоянии драться по причине смерти или ранения. Оружие, – Коллайн вновь покосился на кочергу, – только шпаги, никаких кинжалов и даг. Вот, собственно, и все. Начинаете по готовности.
Я пожал плечами: готов – почему нет? К чему откладывать и что это даст? Еще раз оглядев свое воинство, заметил Дьюбена, беседующего с Вороном, и поприветствовал его поднятием руки. Граф не остался в долгу, кивком послав мне ответное приветствие.
Наконец мы с Коллайном пошли к центру поляны, куда уже направлялся Макрудер со своим секундантом.
Я посмотрел на Макрудера, который небрежно помахивал шпагой с узким плоским лезвием. Что ж, вполне практично против моей кочерги. На его щеке еще оставалась отметина от пощечины, но выглядел он вполне решительно.
Граф одарил меня взглядом, выражающим, по его мнению, все, что он обо мне думал. Я ответил протяжным зевком, не забыв прикрыть рот ладонью – в каретах вполне могли находиться дамы. В животе громко заурчало: вчера забегался в поисках приличного платья, рассчитывая поужинать в доме Дьюбенов, утром тоже не сложилось. Незаметно оглядевшись, убедился, что никто ничего не заметил или просто сделал вид, что ничего не произошло.
Когда прозвучала команда сходиться, я остался стоять на месте, постукивая кочергой по голенищу сапога. Из этого положения и парировал первый выпад графа, направленный мне в грудь.
Потом, рывком увеличив дистанцию, занял позицию с кочергой в вытянутой правой руке и с поднятой левой над головой. Граф обрушил на меня град ударов, от которых я ушел прыжком влево, стараясь приблизиться к нему вплотную. Трава, мокрая от ночного дождя, предательски скользила под ногами. Ничего, мой оппонент в том же положении. Хотя нет, у него движения более уверенные – не боится поскользнуться. В этом он меня переиграл, выбрав обувь с подходящими подметками.
Воспользовавшись выглянувшим на короткое время из-за туч солнцем, на мгновение ослепившим Макрудера, я сделал выпад, целясь ему в голову. Почти достал – на лбу графа появилась небольшая темная полоска сажи. Черт, еще бы два-три сантиметра – и вряд ли бы он смог продолжать поединок. Мы разошлись и заходили по кругу, выискивая возможности для атаки.
Ага, рассечение есть: полоса побагровела, выступила кровь, тонкой струйкой потекла на левую щеку Макрудера. Граф нетерпеливо смахнул кровь рукой, осторожно приближаясь ко мне.
Вполне возможно, и шрам останется. «Граф, откуда у вас эта отметина, так красящая ваше мужественное лицо?» – прощебечет ему на ухо дама. «Да так, на дуэли кочергой зацепили», – небрежно отмахнется он. Я даже усмехнулся, представив эту картину, и это чуть не стоило мне жизни. Смех расслабляет, а расслабляться в этой жизни
