«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Кто в комнатах ночует, а кто и за оградой – мы для таких навесы сделали да очаги с коновязями. Все равно они сюда приходят – уж больно жена моя, Кронта, готовит вкусно. Вы ешьте, угощайтесь, пока с пылу с жару.
Мы ели пироги, запивая их холодным пенистым пивом, нахваливая стряпуху. Кронта теребила край передника, раскрасневшись от похвал. Я распорядился Проухву отнести часть пирожков «диким», оставшимся во дворе охранять наше имущество, но Бор успокоил, сказав, что им уже унесли.
Бор рассказывал, что и у кузнеца, молодого парня из Малых Лук, что отделился от родственника, работы хватает. Жениться он собирается – ждет моего разрешения поставить здесь себе дом, чтобы было куда привести молодую.
Мадьен все ждал моей оценки, по глазам видно. Решение управляющего – это одно, а вот что скажет хозяин…
Я успокоил его в нескольких словах, заявив, что всем доволен, что все замечательно, везде чистота и порядок. Лучшего и ожидать не приходится. Мадьен расцвел – как же, ни придирок, ни ругани, одни лишь слова похвалы.
– А кузнец пусть строится на здоровье, но чтобы через год прибавление в семействе было, обязательно проверю, – в шутку пригрозил я.
Мы расстались, довольные друг другом, Бор с Кронтой еще долго махали нам вслед.
Чем ближе мы подъезжали к Стенборо, тем больше я волновался. Казалось бы, ничего особенного меня с имением не связывает, но было такое чувство, будто возвращаюсь домой. Наверное, из-за того, что мы достигли конца пути.
Все остальные тоже выглядели взволнованными, даже обычно непроницаемый Нектор. Только «дикие» смотрелись как обычно.
– Первым делом, как приедем, женим Прошку. Хватит ему в бобылях ходить, – вслух начал рассуждать я. Парни подтянулись поближе, ожидая очередных шуток.
– За что? – тут же отозвался он.
– Что «за что», Проухв?
– За что вы меня женить собрались, ваша милость?
– Ну как же – парень ты видный, герой настоящий, и денег у тебя хватает. За такого любая пойдет, да что там – вприпрыжку поскачет. Вот приедем, отдохнем денек-другой – и женим.
Прошка надулся, придумывая, как отвертеться от женитьбы, и, ничего не надумав, выпалил:
– Я сбегу.
– Зачем же тебе сбегать, Проухв? Мы тебе жену найдем красивую и ласковую. Кто же от таких жен сбегает? – поинтересовался я.
– Ага, сами вы, значит, опять куда-нибудь поедете, а мне дома сидеть? Все равно за вами сбегу, – повторил упрямо набычившийся парень.
– А тебе самому разве не надоело – все эти ночевки у костра, вечная каша, постоянно настороже и в любой момент сгинуть можно? – вновь поинтересовался я.
Прошка призадумался и ответил не сразу:
– Знаете, ваша милость, бывает, что все надоест, домой хочется, в покой и уют, но пройдет день-другой, и снова мне ничего не нужно, кроме жизни такой, веселой и опасной. Не надо меня женить – ни мне радости не будет, ни жене моей будущей.
Мы переглянулись с Коллайном. Вот как, не так уж прост Проухв, как кажется.
– Ладно, ладно, Прошка, не будем тебя женить. Не нагулялся ты еще, не будет с этого толку. Но женить все равно кого-нибудь надо – вот хотя бы Шлона. Иначе безобразие получается: у нас женатый только Пелай, а на свадьбе погулять хочется, – принял я решение.
Прошка с облегчением выдохнул. Шлон же, который ехал, посмеиваясь в усы и жуя припасенный в таверне пирожок, подавился и судорожно закашлялся. Нектор с удовольствием помог ему, звучно хлопнув ладонью между лопаток. Продышавшись, Шлон обратился ко мне:
– Командир, за что меня, я ведь слово дал, что пить больше не буду, и вообще…
К этому времени мы въехали на возвышенность, с которой открывался отличный вид на мой замок. С пригорка был виден окружающий его сад, ведущая к нему дорога, а на дороге толпился народ.
Это нас встречают – не иначе корчмарь, который Бор Мадьен, послал гонца с вестью, хитрая бестия, чтобы приготовиться успели. Вот и отлично, пусть встречают.
– Так, орлы, – обратился я к своим парням, – женитьбы пока откладываются. Всем принять геройский вид – не с сенокоса возвращаемся. Народ должен видеть своих героев во всей красе. Распорядок на остаток дня таков: сейчас переживаем дружную и горячую встречу, затем уединяемся в помещении, где каждый получит все, что ему причитается. Потом мне нужно будет съездить к семьям тех, кто не вернулся из похода.
А вечером устроим праздник. Накроем столы под открытым небом – дождя сегодня, по-моему, не предвидится.
Теперь о делах. В любом приличном замке должны быть подземелья, где держат несчастных узников и прелестных пленниц. Надеюсь, и этот не исключение. Там мы и поместим нашу добычу под надежной охраной.
– Прелестных пленниц надежнее держать
