«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
ноги и попытался что-то произнести, но у него получилось нечто невнятное. Впрочем, я ожидал подобной реакции и постарался ему помочь:
– Давайте договоримся сразу. Сейчас я постараюсь выложить вам все, что знаю о медицине. Но заранее предупреждаю, что я человек от нее очень далекий и никаких объяснений и подробностей дать вам не смогу – только голые факты. И не перебивайте меня, пожалуйста, в этом нет никакого смысла. Что-то вы знаете и без меня, о чем-то догадываетесь, кое-что услышите впервые, а что-то почти наверняка приведет вас в шок. Поверьте на слово, медицина в моих краях продвинулась так далеко вперед, что операции, например, по пересадке сердца от одного человека другому стали если не обыденностью, то повседневной реальностью. Проблема у нас состоит не в самой операции, а в достаточном количестве сердец, пригодных для пересадки. Итак, еще раз прошу не перебивать меня.
Цаннер послушно кивнул, но в глазах его явно читалась легкая ирония: говорите, говорите, я послушаю, глядишь, и услышу что-нибудь забавное.
Я безжалостно стер малопонятные записи с грифельной доски, висевшей на одной из стен, и взял в руки кусочек мела. Цаннер, видимо, имел обыкновение записывать на ней мысли, внезапно пришедшие в голову, но ничего: то, что я ему сейчас покажу, не менее важно.
На доске схематично изобразил человека с внутренними органами и начал свой рассказ. Доктор слушал сначала слегка рассеянно, но вскоре выражение лица его сменилось на крайнюю заинтересованность. Сначала я прошелся по внутренним органам, объясняя их задачи в организме человека. Функции сердца, кровеносной системы, печени, почек, поджелудочной железы, работа легких по обеспечению организма кислородом, роль мозга и нервной системы.
Затем пришло время окружающей нас среды с бактериями, вирусами, микробами и прочими инфузориями. Конечно, говорил я очень сумбурно, перескакивая с темы на тему, но главного добился: Цаннер слушал меня очень внимательно. Иногда он открывал рот, чтобы задать вопрос, но я безжалостно останавливал его, рубя воздух ребром ладони: не мешайте! Потом он попытался делать заметки на листке бумаги, но быстро оставил это занятие, чтобы ничего не прослушать.
Чуть позже я рассказал все, что знал о методах лечения и проведения операций, о лекарственных средствах. На этом я не особенно заострял внимание, пользуясь только тем, что когда-то читал или видел…
– Вот, собственно, и все, если вкратце. Извините за сумбурность, но я предупреждал вас, что совсем не специалист в этой области.
Цаннер сидел, ошарашенный потоком новой информации, вылившейся на него. Вот теперь пора окончательно его добить.
– Цаннер, вы, наверное, обратили внимание на начавшуюся стройку, что возле мельницы, на противоположном берегу реки?
Цаннер, немного придя в себя, кивнул:
– Да, конечно. Говорят разное, но никто толком не знает, что там будет.
– Признаюсь вам как на духу: есть у меня заветная мечта, мечта всей моей жизни. Заключается она вот в чем. Я хочу собрать в одном месте талантливых ученых, создать им необходимые условия, положить достойную оплату. Словом, сделать все, чтобы они могли спокойно работать и экспериментировать. Вечерами могли бы собираться вместе, чтобы устраивать дебаты и обсуждения. Я мог бы присутствовать при этом и набираться мудрости у этих людей. Нет, конечно, в первую очередь они бы работали над теми поручениями, которые буду давать им я, но и на свои собственные разработки времени будет более чем достаточно. Представляете – никаких проблем с бытом и деньгами, отличные условия жизни, один выходной в неделю, который можно использовать по своему усмотрению, в конце концов, бесплатное и очень качественное питание…
Видел бы кто, как смотрел на меня Цаннер! Всем своим видом он говорил: я ученый не из последних в Империи, только обстоятельства заставили меня практиковать в этой глуши. Но что-то мешало ему сказать это напрямую. Помучив его еще немного, я невинно спросил:
– Сами-то вы как относитесь к идее поработать в таком центре? – И тут же с сомнением добавил: – Хотя селения-то не оставишь без врача.
Цаннер вскочил на ноги:
– Да найду я сюда врача, господин барон, обязательно найду, это не проблема! А вот у меня второй такой возможности может и не быть, потому очень прошу, возьмите меня в этот ваш, как вы говорите, центр. А уж я, поверьте, не последний человек в медицине…
Я прервал его вопросом:
– Тогда расскажите, что же произошло на самом деле? Ходят слухи, что в результате ваших неудачных экспериментов гибли люди.
Если Цаннер и смутился, то виду не подал:
– Поймите, эти люди были смертельно больны, а я давал им шанс – пусть призрачный,
