«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
отданного приказа.
Молодой аристократ шагал по воде, высоко задирая ноги, но упрямо продвигался к близкой цели. Плевать на холод, его дар не позволит заболеть. Плевать на воду, одежду и обувь можно будет просушить в вертолете, который дожидается их на одной из лесных полян. На слуг плевать тем более, он все равно оставит их здесь — не важно, в воде или у вертолета — в зависимости от того, каким окажется приз и насколько тяжело его будет нести одному.
Он не знал, что должно быть внутри. Но верил, что причина уничтожения целого рода стоит его усилий. Если этого настолько боялись… то он определенно хочет этим владеть.
— Что, старик, помнишь, а? — улыбнулся он коляске.
Маска на лице одурманенного чуть заметно дернулась, но умный и злой взгляд свидетельствовал о жизни разума в скованном теле.
— Мы тут почистили прошлый раз. — Аристократ махнул рукой на расчищенную от зеленой патины плоскость, испещренную неглубокими сколами — следами работы инструмента. — Но твоя старуха открыть не смогла, — с досадой добавил он, отряхнул и вновь надел шляпу.
Старик резко дернулся и чуть не вывалился из кресла.
— Док, какого черта?! — запаниковал щеголь, отскочив назад.
— Сейчас, сейчас, — засуетился врач, откручивая вентиль баллона, идущего к маске.
В легкие старика ударила новая порция дурмана, лишая подвижности одно из некогда самых страшных существ этого мира.
— Да что ты делаешь, урод, он же соображать не будет! — разозлился босс, крошечным огненным шаром скидывая ярость в воду.
Ноги обдало приятным теплом, а воздух, вторя боссу, мерзко зашипел облаком пара.
— Не сомневайтесь, господин, будет! И говорить будет! — подобострастно поклонился док, выуживая из кармана многоразовый шприц и ловко вставляя в него ампулу с грязно-желтой жидкостью. — Полчаса гарантирую.
— Смотри у меня, — успокоился молодой аристократ и нервно вздохнул. — Старик, что ты дергаешься? Я же обещал привести тебя к пропавшей жене. Вот, слово мое нерушимо, — шутливо, но с определенной опаской, он повел рукой вокруг. — Где тело, извини, не знаю. Снесло водой, сам понимаешь.
Доктор ловко закатал рукав, обнажил руку старика и привычно сделал инъекцию.
— Давай, открой нам хранилище, и я отправлю тебя вслед за старухой, быстро и без мучений.
— Ты проклят, — прохрипел старик непослушными губами, стоило только злой химии влиться в кровь, а маске немного отойти от лица.
— Я не верю во все эти клятвы, — как маленькому, объяснил щеголь. — И знаю другие источники Силы, кроме чести. Например, целесообразность.
— Ты умрешь…
— Как и все, — не стал отрицать аристократ. — Но мне хватит времени, чтобы сделать жизнь твоих потомков невыносимой… если ты станешь упрямиться.
— Они… Не знают…
— Да мне плевать, знают они о хранилище или нет, — поджал губы щеголь. — Я убью их из-за твоей несговорчивости, старик. Как убили весь твой род. — Он махнул рукой на скалу. — А туда я все равно доберусь.
— Я открою… — после долгой паузы ответил живой труп.
— Поднесите его ближе, — тут же распорядился молодой и тоже зашагал к валуну, чтобы обойти слуг и видеть, что делает его пленник.
Пленник не сделал ничего, только прижал ладонь к массиву скалы — да и то это проделали за него слуги, выполняя еле слышное указание.
Скальный монолит дрогнул.
— Ох ты ж… — прошептал смотритель.
— Стоять на месте! — прикрикнул молодой аристократ, с восхищением глядя, как с тихим рокотом обнажается прямоугольный лаз в десятке сантиметров над водой.
Через две минуты движение камня закончилось, обозначился узкий проход с лестницей, уходящей вниз, под дно реки, а судя по глубине и изгибу, виднеющемуся в отсветах ручных фонарей, поворачивающей обратно, под берег.
— Ты, живо вперед, — толкнул молодой смотрителя. — Иди и говори, что видишь.
Тот обернулся, недобро прищурился, но спорить не посмел.
— Черный камень без единой щели, господин. Проплавили, не иначе, — медленно ступая, докладывал он обо всем, что видел в свете фонаря, подбадривая себя громким голосом. — Стена теплая, как живая.
— Под землей всегда тепло, — нетерпеливо оборвал босс. — Что за поворотом?
Смотритель дернул щекой от досады — была надежда, что его заменят. Достигнув поворота, отчитался, доложил, что следующий пролет завершается коридором. И тут же получил распоряжение проверить коридор. Как же, заменят…
— Тут еще одна дверь, господин! — чуть повеселев, крикнул он, вытирая смятой в руках шляпой пот со лба и молча кляня себя за нерасторопность — мог бы и позади встать, тогда под руку попался бы кто-то другой. Но вроде обошлось… Повод
