«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
тоже понятны: трудно находиться на одном борту с человеком, которого органически не перевариваешь. Из абордажной команды скардарцев в живых осталось чуть больше десяти, и больше половины из них ранено. Но на «Воителя» они не вернулись, хоть и не намного, но увеличивая экипаж «Интбугера».
Все время вынужденного бездействия фер Груенуа гонял новую команду доверенного ему корабля, подготавливая «Интбугер» к переходу: в сопровождении «Морского воителя» мы должны были направиться к берегам Скардара при первых признаках успокаивающегося шторма. «Четвертый сын» оставался ждать, пока «Скардарский лев» сможет продолжить плавание, чтобы вместе отправиться на родину.
«Вот и замечательно, что мы не будем их дожидаться, — думал я, глядя на приближающуюся шлюпку. Достигнем Скардара, найдем попутный корабль, следующий в Империю, затем каких-то три-четыре недели — и закончится моя личная одиссея».
Беспокойство вызывал только конфликт с Диамуном и его возможные последствия. Но пока все шло хорошо, так нужно ли переживать заранее. Вся моя жизнь в последние несколько лет настаивала на том, что так далеко заглядывать нет необходимости.
Три человека из свиты наследника Диамуна, прибывшие на наш корабль вместе со сти Молеуеном, Мириам и Гиссой, мне не понравились сразу. Я успокаивал себя мыслью, что мнение мое далеко не объективное, просто я перенес на них свою неприязнь к Диамуну.
Они первыми поднялись на борт, постояли, дожидаясь, пока из шлюпки поднимут багаж, затем в сопровождении матроса ушли в отведенные им каюты. Места хватало, свободных кают достаточно, ведь численность экипажа на борту была минимальной.
Вот и Гисса. Девочка весела — еще бы, столько приключений, когда и страшно, и интересно, а вокруг так много добрых людей, совсем не похожих на ее прежних хозяев. Когда вернемся в Империю, надо будет постараться дать ей образование. Гисса неглупа, старательна, и из нее обязательно выйдет толк.
Хотя какой там толк, не те еще времена. Выйдет замуж, нарожает кучу ребятишек, и весь ее мир сомкнется до стен собственного дома с редкими вылазками на рынок и единственным удовольствием посудачить с соседками. Но она точно не будет ломать голову над тем, чем накормить своих детей и во что их одеть, уж об этом-то я сумею позаботиться.
После Гиссы на борт поднялась Мириам. Определенно с ней что-то произошло, хотя она старательно пыталась этого не показывать. Только бы не то, о чем я подумал, только не это. Последним появился сти Молеуен, державший в руке дежурный саквояж фер Груенуа. Он поздоровался со всеми, затем Прошка увел Клемьера в его новую каюту. Мириам вместе с Гиссой подошла ко мне, ожидая распоряжений. Нет, мне не показалось: что-то в ее взгляде неуловимо изменилось.
Неужели все-таки… Так, спокойствие, Артуа, и не надо так смотреть в спины трем новым пассажирам, пока еще не все ясно. Чтобы узнать правду, нужно поговорить с Мириам. Уже в своей каюте, отослав Прошку под благовидным предлогом, я коротко бросил Мириам: «Рассказывай».
И она, захлебываясь слезами, давясь ими, рассказывала, рассказывала, рассказывала прерывающимся голосом. Это действительно чуть было не произошло.
Люди Диамуна заволокли Мириам в его каюту, когда мы считали последние минуты жизни на палубе «Интбугера». И только вмешательство капитана «Морского воителя» дир Героссо предотвратило попытку этой мрази воспользоваться ситуацией. Ведь всем было не до происходящего в каюте наследника, шел бой. Видимо, в свите Диамуна все же нашелся человек, не растерявший остатки совести. Он сообщил обо всем Мелиню, и дир Героссо пришлось покинуть мостик, потому что он не мог никому перепоручить то, что должен был сделать сам.
Они очень ругались, рассказывала Мириам, всхлипывая и вздрагивая всем телом. Диамун кричал, что дир Героссо не стоит портить с ним отношения из-за какой-то там шлюхи. Мелиню в ответ заявил, что он капитан на этом корабле и он не позволит кому угодно сделать то, что собирался сделать Диамун. И когда тот протрезвеет, то сам пожалеет о своем намерении. Наследника поддерживали люди из его окружения, и когда дело дошло уже до шпаг, на «Воитель» обрушился град вражеских ядер. Диамун присел, обхватив руками голову, а дир Героссо схватил Мириам за руку и выволок ее из каюты. Все время до прибытия на борт «Интбугера» она вместе с Гиссой провела в каюте капитана.
Я стоял и молчал, прижав ее к себе и гладя по голове. В конце рассказа Мириам вынула ожерелье, которое Диамун дал ей в качестве аванса за ожидаемую услугу.
Ты только не говори ничего Проухву, девочка, хорошо? Не нужно ему знать об этой истории. Мириам кивала головой, глядя на меня полными слез глазами. Ненавижу женские слезы, но сейчас
