«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
сюда и прибыли — тот самый кинжал. Кроме того, намекни, что у нас в запасе есть нечто, после чего те штуки, благодаря которым мы отправили на дно не один корабль (ведь наверняка здесь о них уже слышали), покажутся им детскими игрушками. Объясни, что даже камни будут гореть и потушить их будет невозможно.
Дир Героссо кивнул: сделаю, мол. В глазах у него вертелся вопрос: блефую ли я, угрожая огнем, который невозможно потушить, или говорю правду.
Это правда, Мелиню, истинная правда, сделать такую горючую смесь достаточно просто. В ее составе нет ничего такого, чего не существовало бы уже сейчас, в этом мире и в это время.
Бергид I оказался невзрачным человеком далеко не самого высокого роста, единственное, чем он мог гордиться, — это тщательно ухоженная борода. Наша встреча произошла не в королевском дворце, как я мог бы предположить, а в здании городской ратуши. Сообщил мне об этом человек, представившийся советником короля. Советник смотрел на меня выжидающе, наблюдая за моей реакцией.
Конечно, я понимал, что встреча со мной во дворце будет выглядеть чуть ли не капитуляцией, а местный владыка пытается сохранить лицо. Но мне все равно, где состоится эта встреча, хоть на городском кладбище или в портовом борделе. От Бергида мне нужно многое, и я своего добьюсь. Добьюсь тем или иным способом.
Корабли Скардара встали на якорь возле самого берега, обратив борта с жерлами орудий на город. Так, легкий намек на то, что ситуация для столицы Табриско серьезная и отступать никто не намерен.
Древнюю реликвию мне вернули, и теперь кинжал висел у меня на поясе. Для меня этот факт был не столь значим, но вот для других… У правителей Скардара никогда не было корон, их заменял кинжал с кривым, похожим на клык лезвием и с рукоятью, выполненной в виде драконьей головы. И то, что он теперь был у меня, говорило о многом. Хотя бы о том, что я получил его не из рук людей, сделавших меня дерториером, а сам добыл его.
По пути в ратушу мы успели заметить, что горожане спешат покинуть Мениаль, спасаясь бегством. Разумное решение: если договориться не удастся, здесь будет ад, со мной или уже без меня.
Колонный зал городской ратуши своими размерами после сводов Дерторпьира не впечатлил. Да и сам Мениаль показался мне заштатным городком. Хотя чему тут удивляться, на королевство, к которому прислушиваются все и вся, Табриско явно не тянул. Можно даже не сомневаться: если бы не давление Изнерда, вряд ли бы Бергиду пришло в голову вступить в войну.
Но Изнерд уже далеко, а я вот он, рядом. И пушки моих кораблей смотрят на столицу.
Я прибыл с несколькими офицерами, среди которых присутствовал фер Груенуа. Мера вынужденная: ведь я обещал представить Фреда императрице, так кому, как не ему, рассказывать Яне о моих подвигах. Глядишь, и зачтется мне при объяснениях, где я так долго пропадал. А если я буду рассказывать сам, то это будет похоже на хвастовство.
Бергид встретил нас в окружении своих сановников, и тут возникла проблема — как мне к нему обращаться? Мой венценосный брат? Так нет у меня венца, а кинжал, висящий на поясе, больше подходит для битв. К счастью, говорить приветствия не пришлось, это успешно сделали другие. Толмачом у меня был дир Пьетроссо, хотя и без него я понимал каждые два слова из трех. Но так принято.
Мои требования свелись к одному — золоту. Взамен Скардар обещает не трогать ни Мениаль, ни другие города на побережье. Коль уж любите азартные игры, называемые внешней политикой, ваше королевское величество, то будьте любезны оплатить проигрыш. А вы проиграли, не извольте сомневаться. Это не Дерторпьир находится сейчас под стволами вражеских корабельных пушек, а именно ваш дворец. И не нужно меня убеждать, что ваша сухопутная армия что-то собой представляет, это чушь. Никогда она не была у Табриско особенно крепка и велика, иначе я и вел бы себя совсем по-другому. Так что проще нам будет все же договориться. С Империей подобный разговор вести было бы глупо, и это еще мягко сказано. А Табриско и существует-то только из-за союзничества Изнерда, как раньше существовал благодаря Скардару, ведь когда-то они тоже были союзниками. Иначе вы бы уже давно стали чьей-либо провинцией.
На этом встреча высоких договаривающихся сторон была закончена по моей личной инициативе. А о чем говорить-то еще? Требования мои озвучены, сумма контрибуции — тоже. Отказываетесь признавать себя побежденным? Да ради бога, один пушечный выстрел — и…
И вот еще что, часть моих моряков решила прогуляться по городу, а я не смог им отказать, ведь они все как один герои. Вы уж, ваше величество, повелите своим, чтобы их не трогали, они такие баловники.
Иначе прибегут на корабли и скажут, что их обижают. А если я в это время спать буду,
