«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
фрегата Абдальяра я бы сам, повстречав в море такой корабль, как «Властелин», убегал бы от него, выставив все имеющиеся паруса.
После этих слов фер Груенуа, коротко кивнув головой, замолк, ожидая моего ответа. Глаза его явно говорили: «Артуа, ведь мы вместе с тобой прошли через такое… Причем риск тогда был значительно большим, а воевали мы, не защищая родину».
И я махнул рукой: садись, Фред. Деньги — это всего лишь деньги, а ты рисковал собственной жизнью, потому что ты не тот человек, который смог бы пережить гибель собственного корабля. На этом о случившемся на моих глазах наш разговор и закончился, потому что трудно обвинять другого человека в том, что сделал бы сам на его месте…
Мой план строился на появлении нового средства для ведения войны на море. Но перед тем как приступить к его обсуждению, состоялась демонстрация новинки. Господа из Департамента впечатлились, и это очень мягко сказано. Утечки я не боялся, ведь если даже информация о новом оружии достигнет ушей наших врагов, это тоже сработает нам на руку, а придумать способы борьбы с ним у них сразу не получится.
При столкновении морской мины с пожертвованным для демонстрации ветхим фрегатом корабль, расколотый взрывом пополам, ушел на дно за считаные минуты. Вернее, столкновения не было, мина сама по воле волн ударилась о его борт, после чего и произошел взрыв.
Ничего сложного в изготовлении морской мины не было даже в этой эпохе. Металлический шар, имеющий положительную плавучесть. Мощный заряд, составляющий примерно центнер. Рога с ударно-спусковым механизмом, торчащие из корпуса мины, где капсюль являлся инициатором заряда. И предохранитель — кусок сахара.
Сахар при погружении мины в воду растворяется в воде, подпружиненный предохранитель освобождает спусковой механизм, и тогда все, при ударе рога мины о корпус корабля срабатывает детонатор. С предохранителями из сахара у меня были связаны детские воспоминания из той, еще земной жизни. В одной из книг, прочитанных мной, рассказывалось о блокадном Ленинграде. И я почему-то до сих пор отчетливо помнил строки автора о том, какими глазами провожали голодные изможденные моряки мины, хранящие в себе кусочек сахара.
Существовало два способа применения мин — отправить их в нужном месте в свободное плавание, либо, опять же в нужном месте, поставить минное заграждение с помощью грузов, работающих, как якоря. Именно этот вопрос и предстояло решить в первую очередь — какой способ применения мин (или оба сразу) будет сейчас наиболее эффективным. Кораблю фер Груенуа в этом деле предстояло сыграть первостепенную роль.
«Думайте, господа, думайте. — Я смотрел на собравшихся за большим столом людей, тех, что должны были принять участие в составлении плана для первой в этом мире минной войны. — Мин у нас не так уж и много, а вам нужно постараться сделать так, чтобы эффект от их применения стал для врага ужасающим. Я, к сожалению, ничем вам помочь не могу. Нет у меня ничего такого в прошлой жизни, что было бы связано с применением мин, как морских, так и всех остальных-прочих. Разве что могу сказать, что там, где не хватает знаний, опыта или информации, обращаются к здравому смыслу, и обычно это срабатывает…»
Колонна из почти двух тысяч всадников отправилась на север Империи, едва начала розоветь восточная часть небосклона. Мы с графом Антонио фер Дисса, бароном Эрестом фер Энстуа и еще несколькими офицерами стояли на пригорке у Тромерского тракта и смотрели на проходящую мимо нас колонну. Возглавляли ее конечно же кавалеристы, даже сейчас, ранним утром, горящие золотом мундиров в лучах едва взошедшего солнца. Граф, глядя на своих людей, поднес руку к лицу, закручивая ус. Затем отдернул ее и покосился на меня.
Как я тебя понимаю, граф! Мне и самому хочется оказаться среди твоих удальцов. Там, куда мы направляемся, их удаль оценят по достоинству, потому что степняки и сами все такие же.
Отдельной частью проехала пулеметная рота. Гатлингов было всего пять, но если применить их правильно, а в эффективности пулеметов офицеры, сидевшие на гарцующих от нетерпения лошадях, убедились самолично, то толк от них будет огромный.
Вот показались и егеря барона. И пусть они выглядят значительно скромнее кавалеристов графа, но это те люди, что при необходимости будут стоять насмерть, до последнего человека, прикрывая отход. И в этом целиком твоя заслуга, барон.
Далее следовал обоз, среди повозок которого виднелись полевые кухни. Несмотря на то что колонна едва выступила, из труб кухонь уже валил дымок.
Здесь были не все. Неделей ранее группа людей отправлена вперед, и она должна позаботиться о том, что ко времени прибытия в тот или иной пункт на пути нашего следования
