«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
ничего не было!
— А ты не знаешь? — настороженно спросил он.
— Медаль золотая? Ценный сувенир? Медаль и сувенир? — предположил я и получил в ответ настолько шокированный взгляд, что тут же с возмущением оправдался: — Да не написано там!
— Давай я сначала верну тебе твое обещание? — с грустью сказал Паша.
— Да ерунда, — махнул я рукой. — Серьезно. Что там вообще такого может быть?
Хотя за двести миллионов обязано было быть, но у аристократов довольно часто признание и статус стоят дороже денег. Странные они.
— Ну… Алюминиевый комбинат, ГЭС и двадцать миллиардов, — с кривой улыбкой выдал он.
А нет, не странные. Вполне такие нормальные — все как я люблю.
— Так я возвращаю слово? — посмотрел Паша чуть нервно, тщательно закапывая надежду под кубометрами безверия и тоски.
— Нет, — задумчиво погладил я трость.
Надо будет по алюминию книжки почитать.
— Ты не подумай, я на станцию и комбинат не претендую! — замахал он руками. — Просто очень деньги нужны.
— Все в силе. Так даже интересней.
— Здорово! То есть… Выиграем, ты не переживай! — с жаром произнес Пашка.
— Само собой выиграем, — отмахнулся я, поднимаясь с пола. — Только придется подойти к подготовке посерьезней.
— Конечно!
— Значит, займемся прямо сейчас, — подошел я к нему и отстегнул тонкую цепочку от скамейки и от петли его брюк.
— Э-э… — ошарашенно протянул он.
— А то опять сбежал бы, лови тебя потом, — буркнул я, сматывая цепь обратно в карман.
— Ты нормальный вообще?! — искренне возмутился Пашка, поднимаясь.
— Отставить! Кто из нас капитан? — рявкнул я в ответ, пресекая ненужную панику.
— Я! — изобразил он стойку «смирно».
— Вот именно! Так что кругом марш и вперед — искать девчонку, которая хорошо танцует!
И первым направился в сторону выхода и лестничных пролетов.
— Есть!.. Слушай, — замялся он после третьего шага от бедра и перехода на нормальную походку. — А у тебя какое звание в нашей команде?
— Маршал. Но поскольку это сухопутное звание, главный на корабле ты.
— А, ладно, — успокоился он, но изредка поглядывал со странным сомнением. — А как мы будем ее искать?
— Обстановка на нашей стороне, капитан! Эвакуация! Все кандидатки собраны перед школой.
— Значит, идем туда? — посмотрел он сквозь окно на веселую массу учеников и учителей, с любопытством наблюдавших за работой пожарного расчета.
Кровлю все-таки немного пожгло, но было куда больше дыма, чем огня, — я на всякий случай проверил, предусмотрительно отправившись после крика Руслана не вниз, а на крышу.
— Нет, капитан. Мы идем в учительскую, потому что там есть микрофон, соединенный с уличными динамиками.
— О! Мы объявим о поиске через усилитель!
— Только не о поиске, а о конкурсе, — поправил я его. — Жестком отборе! Ультимативных соревнованиях! За право выступать в лучшей команде мира!
— Так и сделаем!
— Отличное решение, капитан!
Пашка гордо приосанился и погладил невидимый погон.
— Только объявлять будешь ты, потому что я пока медленно бегаю.
Мы остановились перед раскрытой дверью, с внезапно накатившей робостью оглядывая заваленные бумагами столы, оставленные в спешке сумки и личные вещи — так, наверное, чувствуют себя рыцари на пороге логова дракона.
— Ну же, никого нет, — нетерпеливо обернулся сэр Макс.
— А если они вернутся? — заозирался сэр Павел.
— Мы услышим их поступь и выскользнем быстрее! — В тон словам разрезал воздух меч-трость.
— Но если они узнают, что мы тут были?
— Какая разница, ведь мы не тронем их сокровища!
— Т-ты недооцениваешь их коварство и злопамятность!
— Тогда мы примем бой плечом к плечу!
— За драку нас точно выгонят, — обреченно заявил сэр Павел.
— Нет, там другая схема. Победивший дракона сам становится драконом.
— А? — растерянно повернул он голову.
— Точно говорю, я так директором стал. Да не переживай, все будет хорошо.
…И остановились они перед мистической конструкцией из серебристого металла и теплого дерева, что преумножает голоса.
— А что говорить? — тяжело сглотнув, коснулся Паша трубки.
— Сегодня в шестнадцать часов в спортзале. Хотя нет, лучше дай номер моего сотового, пусть шлют эсэмэски, а там всех сориентируем. Погоди, сейчас я тебе текст напишу, — подхватил я чистый лист из лотка принтера и большими буквами, чтобы читать было удобнее, записал речь. — Вот.
— «Ясноокая дщерь… аки цапля длинноногая»… Сам такое читай, — забраковал мой труд Пашка и решительно поднял микрофон со стойки.
Хотя тоже
