«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Долгоруких и быстро подошли к нам.
— Какие-то проблемы? — нейтрально уточнил самый рослый из них.
Как и на сцене, они оказались с головы до пят укутаны в черное, но на этот раз лица с острыми, словно рублеными чертами и глазами с азиатским прищуром, словно подозревающие вся и всех, были полностью открыты.
— Хочу купить вашего дельфина, — откашлялся я. — Меня Максим зовут. Это, — повернулся я к своей команде, — мои друзья.
— Дельфин не продается, — сухо ответили мне.
Даже не представились. Но наверняка говоривший был Виктором, судя по тому, что остальные предоставили ему вести беседу.
— Вернее, предлагаю обмен. Есть шоколад, — продемонстрировал я универсальное средство обмена в серебристой фольге.
— Пф, — пренебрежительно фыркнул он.
— Еще есть компас, фляга со спиртом, иголки и спички.
— Откуда? — заинтересовался парень.
— Всегда ношу с собой, — слегка пожал я плечами.
— Откуда узнали об условиях нового тура? — нажал он на меня своей волей.
— Меня интересует дельфин, — спокойно напомнил ему.
— Не продается, — поджав губы, ответила со своего места девушка.
— С компасом вы не заблудитесь в лесу, — привел я довод, глядя на Виктора. — Спирт для дезинфекции царапин. Без спичек в лес идти и вовсе бессмысленно, — постарался добавить в голос убедительности. — Особенно ночью.
Шувалов нахмурился и задумался на достаточный срок, чтобы владелица дельфина заволновалась:
— Виктор, не отдавай! Они его съедят!
— Верно. Малая плата за такое количество мяса, — одними губами улыбнулся он. — Неинтересно. Предложи что-нибудь еще.
— Виктор! — стегануло испуганное.
— Тома, тихо, — шикнул он на нее, не оглядываясь.
— Вы же не будете есть дельфина? — уточнил я, краем глаза наблюдая за девушкой, уже готовой спрыгнуть с аквариума. — Ведь если нет, его давно следовало отдать Долгоруким?
— Это наше дело.
— Виктор! Это мой дельфин! — все-таки выбежала она и встала перед своим капитаном. — Мы не будем его есть! Никогда! Правда?!
Парень раздраженно мотнул подбородком, жестом приказывая отойти. Один из ребят подошел ближе, чтобы мягко отвести девушку в сторону, но та совершенно не желала идти — молча глядела на командира и взглядом требовала ответа.
— Тома, — повторил я ее имя.
Та дернулась и как на врага посмотрела на меня.
— Даю слово, если ты согласишься на обмен, я оставлю дельфина на хранение у Долгоруких и не возьму его в новый тур. Даю слово, что он останется жив после турнира. Обещаю о нем заботиться.
Резкая отповедь, уже готовая сорваться с уст, так и не была произнесена, а гнев на лице сменился мрачной задумчивостью.
— Разговор закончен, — грубо вмешался Виктор. — Много дел. — Подхватив Тому под локоть, он отвернулся.
— Мне просто очень понравился твой дельфин, — постарался вложить я всю искренность в слова. — И я совсем не хочу, чтобы его сегодня съели.
Тома резко вывернулась из захвата и за один шаг оказалась рядом, буквально выхватила шоколадку из моих рук и торопливо произнесла:
— Обмен совершен! — а затем с вызовом посмотрела на капитана. — Мой дельфин! Имею право!
— Позже поговорим, — сделав несколько выдохов, произнес он и быстро вернулся к лимузину.
— Андрей! — не стесняясь, прокричал я через всю площадь Долгорукому и жестом попросил подойти.
— Вообще-то Андрей Александрович, — кашлянул за моей спиной Артем.
— Учту, — отмахнулся я.
— Добрый день, — отчего-то смутилась Тома, увидев его, и спрятала замотанную ножку за другой.
— Здравствуйте, — поклонился он ей со всей галантностью и повернулся ко мне, вопросительно приподняв бровь.
— Андрей, это мой новый дельфин, — указал я на аквариум.
Позади выразительно откашлялся Артем.
— Андрей Александрович, дельфина необходимо срочно доставить в более приспособленное для него место. Рассчитываю, что на этот раз ваше слово не будет нарушено.
— Оно никогда… — возмутился он громко.
— Андрей… — произнес я с иронией и тут же спохватился: — Александрович…
— Немедленно распоряжусь о пересылке, — засуетился Долгорукий и быстрым шагом направился в сторону вертолетов и столиков.
К слову, сервировали их зря, никто так и не отказался от нового тура.
— Спасибо, всего наилучшего, — поклонился я девушке. — Счастлив иметь с вами дело. Будут еще дельфины — обращайтесь, — и развернулся к товарищам.
Я не понял, а где радость? Как будто они потом погладить не попросят.
— Максим, — хмуро смотрел на меня Артем, преградив дорогу.
— Что не так? Я ж сказал «Александрович»?
