«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
хотя бы один раз ударить языком колокола. Сделать это может любой участник команды, даже если остальных рядом нет. В теории — можем разделиться, — поднял Артем голову.
— Можем. Я даже знаю, кто погибнет первым, — продолжил я неспешно шагать.
— И кто? — осторожно поинтересовался Пашка.
— Хотя да, глупая идея, — мельком одарив Пашку жалостливым взглядом, Артем вернулся к чтению. — Кстати, из соревнования можно выйти. Достаточно минуту помахать руками над головой на открытой площадке. Выйти можно как одиночке, так и всей команде. Но в первом случае, даже если остальная команда побеждает, покинувший турнир лишается награды.
— Ну, это не интересно.
— Точно так же можно заставить выйти из турнира другую команду или ее участника.
— Хм…
— Вы не могли бы идти чуть менее уверенно? — впервые подала голос Света. — А то тут некоторые следуют за нами.
Оглянувшись, с удивлением обнаружил аж две команды, которые с некоторым удалением друг от друга двигались в нашу сторону. Впрочем, достаточно неспешно, чтобы было понятно — догонять пока не хотят. И одна из них — команда Ники. За ними, тоже не торопясь, — Вяземские, три девушки и два парня. В принципе, с таким составом им действительно не следует ломиться через лес. И особенно — в таких нарядах. Если платья Еремеевых можно как-то подвернуть, а наличие ножей позволит им прорубить заросли, то пышные многоуровневые платья леди Вяземских для лесных путешествий вовсе не приспособлены. Только вот лишаться юбок они не торопились — ведь при желании это можно было сделать и раньше. Парням проще — хотя в шелковых костюмах наверняка скоро станет холодно. Интересный у них был номер: про трех толстушек и двух кавалеров, пытавшихся сбежать из такой компании. Словом, парней подняли в воздух и кружили в танце, перекидывая между собой. Было бы их трое, как и дам, и делиться подругам не пришлось бы, а так — все по-честному и довольно весело. Девушки, к слову, вовсе не полные, если посмотреть вблизи — просто платья такие.
— Сворачиваем в лес, — поскучнев, сменил я маршрут.
Конкуренты нам не нужны.
— Куда: правее, левее?
— Да тут без разницы, — ответил я на вопрос Паши, оглядывая почти сплошную чащобу.
Остановились мы у самой кромки леса. Хотя, возможно, были уже внутри, но несколько деревьев вокруг смотрелись чем-то отдельным по сравнению с серо-желто-черной теменью впереди.
— Может, чуть дальше пройдем? — с сомнением произнес вслух капитан.
— Да и тут нормально, — невозмутимо ответил Артем.
Будто не видел сплошные заросли. А еще в очках.
— Могу вперед пойти. — Он поправил оправу на переносице, поудобней перехватил футляр и просительно посмотрел на нас.
— Попытайся, — поставив Федора на землю, предложил я другу.
А тот, вместо того чтобы врезаться в слабые ветки скрипичным футляром и пробить дорогу, шагнул как-то неуловимо вбок и вперед, не иначе как чудом оказавшись внутри, будто нырнул без всплеска. Ни единой веточки не шевельнулось.
— Тут тропа есть, — услышали мы, ошарашенные и от того впавшие в некоторый ступор, довольный голос. — Долго вас ждать? — прибавились нотки недовольства.
Из леса высунулась рука с требовательно протянутой ладонью. Света осторожно вложила в нее свою руку. Через мгновение и неосторожный хлопок ресницами на поляне остались только Федор, Паша и я.
— Ну? — вновь появилась рука. Затем откинула мой снятый ботинок в сторону, а голос повторил чуть раздраженно: — Как малые дети, честное слово!
— Я должен был проверить, — невозмутимо обулся и коснулся ладони.
Яркий свет тут же угас, а под ногами хрустнула сухая ветка. Над головой сплетался бесконечный лабиринт ветвей, закрывая собой небо. Сладковатый запах опавшей листвы, земли и коры и легкое головокружение. И страшное любопытство — как?!
Рядом ойкнул Федор, а затем чуть не шлепнулся на пятую точку от избытка впечатлений Пашка.
— Никто не возражает, если я пойду первым? — довольно блеснув очками, не дожидаясь ответа, Артем зашагал вглубь чащобы.
Когда две другие команды прошли мимо этого места, у них не возникло даже сомнения, что странная команда младшеклассников по-прежнему идет где-то впереди.
Первым пришел холод. Он обрушился с неба каплями дождя, легко проникающими через серые кроны деревьев, глухо рассыпающимися по ветвям и попадающими на кожу, как ни прикрывайся. Не знаю, когда небо успело затянуть темными облаками, мы не смотрели вверх. Все внимание было приковано к еле заметной тропинке на земле и осознанию важности каждого шага, который непременно
