«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
и спасти императорскую чету самому?! Ему дадут титул графа! Герцога! И принцессу! Нет, принцессу — вряд ли… Но хотя бы графа! А если там опасно?!
— Суп!!! Мое платье!
— А как вы относитесь к Ачинским месторождениям? — вплелся в крики грустный голос Павла, отчего-то вовсе не паникующего.
— Это ужасно, это просто трагедия!
— Я так и думал.
— Да кто-нибудь, убейте уже это чудовище!
— Все уже, поймал. И ничего это не чудовище, — буркнул голос Федора Самойлова. — Ее Лучинкой зовут. Она тоже — часть команды…
Мерно покачивалась линия горизонта, сотканная из верхушек черно-серебристых деревьев. Зверь подо мной шагал неторопливо, одолевая заброшенную лесную тропку в глухом углу парка. У этой дороги не было определенного завершения — через пару сотен метров она сорвется в овраг, чтобы возникнуть на другом его конце под иным углом, и вновь заплутает по чащобе, свиваясь в кольца, разделяясь на ветви и пересекаясь с самой собой.
Но на ту сторону оврага мне не нужно. Да и вовсе нет на этом пути какой-либо цели, каковой следует достичь. Нет и человека, что ожидал бы встречи. Просто — истекают пять минут обещанной прогулки, самой странной, какую мне довелось совершить.
— Еще тридцать секунд, — озвучил я, взглянув на часы.
Хорошие, добротные часы со сверхточным хронометром и почти беззвучным механизмом. Подарок неведомо от кого, приятный, хоть и с легким браком — там, где положено бы показывать день, медленно отщелкивает цифра пять, судя по скорости, через год грозясь обернуться четверкой.
Зверь недовольно фыркнул и повел плечом, но продолжал идти, преодолевая, хрустя по опавшей и слегка подмерзшей листве. На этот раз его шаги сродни метроному, одинаковы и почти идеально укладываются в секунды. Ровно тридцать.
— Все! — недовольно тряхнул плечами Артем и присел. — Слазь!
— Ладно, — вздохнул я, с неохотой сходя на землю.
— Чтоб я еще тебе что-нибудь пообещал, — буркнул Тема, отряхивая плечи и оправляя складки плаща.
— Что опять не так? — глянул я на него удивленно.
— Я, между прочим, сменную одежду приготовил, — продолжил он ворчать. — Думал, обернусь в медведя и по лесу пробежимся. А ты на плечи залез! Всю шею мне за пять минут отбил!
— Нет, мне вчера Звездочки хватило, — охнув, приложил я ладонь к внутренней части бедра и слегка помассировал через ткань брюк. — Ну их, эти скачки, все мышцы болят. Я даже не знал, что так бывает. И это с седлом! А ты ведь без седла?
— Конечно, без седла! — возмутился Артем в голос. — Даже думать не смей!
— Вот. А на плечах — оно как-то спокойнее, — примирительно кивнул я ему и повернул обратно.
— Просто как-то… — хмыкнул он. — Я думал, ты именно на медведе хотел прокатиться.
— Так ты разве не медведь?
— Ну медведь. — Он зашагал следом.
— Так какая разница?
— Странный ты, — сделал он спорное заключение минутой позже.
Осень в этих широтах довольно быстро уступила место ранней зиме, заставив кутаться в теплые плащи. Белые тучи над головами обещали вскоре порадовать первым снегом, хотя вряд ли тот задержится надолго.
— Максим, можно спросить? — пошел Артем рядом, стоило тропинке расшириться достаточно, чтобы можно было идти бок о бок.
— Да?
— Ты почему на ужин к императору не пошел? — вспыхнул он еле сдерживаемым любопытством.
Кажется, именно ради этого вопроса и организовал встречу, а вовсе не из желания поскорее выполнить обещанное. Я ведь ничего у него не требовал, наоборот — уж лучше выучиться верховой езде и в удовольствие прокатиться следующим летом. Но и переносить встречу тоже не стал. Мало ли как обещания и их исполнение на Артеме сказываются.
— По той же причине, по которой не обедаю с Яном.
— Это у которого ты соседку забрал и полпарты отрезал? — припомнил он.
— Ага, — не стал я спорить с такой формулировкой крайне правильного распределения кадров и ресурсов на благо общей успеваемости в классе.
— Но какая тут связь! — возмутился Артем, пытаясь заглянуть мне в глаза.
— Обедали бы вместе, я бы Яна, может, пожалел.
— Ладно, все с тобой понятно, — махнул он рукой с легкой улыбкой. — Опять твои мечты. И толку тебе от императорства?
— Вот в соседнем княжестве хорошо живут?
— Да средне, как везде, — пожал он плечами. — Шесть княжеств вокруг, тебе про какое сказать?
— Но вообще хуже, чем у вас? Если каждое из них взять?
— Думаю, да, — прикинув, кивнул он. — Мы крупнее и богаче будем, — добавилось в голосе легкой гордости.
— А если бы эти земли вашими были — там стало бы лучше? —
