«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
— И его тоже, — указал Артем на меня. — Он в моей свите.
— Очень интересно, — чуть повернула она голову, чтобы посмотреть на меня, и вновь вернулась к Артему. — Так-так-так. А патент ваш не работает, потому что был порван.
— Да!
— Тогда спешу поздравить вас, молодые люди, — положила она руку на бумаги и добавила обаяния в голос. — Вы в этом году — первые!..
— Уф… — на секунду отлегло у Артема от сердца.
— Первые в этом году жулики с убедительными документами, — пожурила она нас пальчиком. — «Порвали им бумаги», надо же… — фыркнула она со смешинкой. — У нас такие мастера в прошлом году были — даже патент звездой Туркменского ханства сиял! Столько труда и времени потрачено! А вы, ребята, совсем без фантазии. Ай-яй-яй.
— Н-но… — сбился Артем.
Нет, он бы гаркнул — точно вам говорю. Просто атмосферой кабинет весьма напоминал директорский в школе, а память об одиннадцатом классе была еще настолько свежа в сердце, что невольно накатывала некая робость. Даже у меня — нам в школу после девятого класса такого директора поставили, что ух… Никакого педагогического образования, но ранг «виртуоз». Официально вел в школе французский. И, скажу я вам, в школе французский с той поры знали все, даже трудовик…
— И документы, документы вы посмотрите! Какой милый мальчик на фотографии! Хрупкий, изящный! — взяла Эльза Леонидовна в руку заклеенный паспорт Артема и дальнозорко отставила его в руке. — Совсем на вас не похож, молодой человек, — переведя взгляд на Артема, с укором добавила она.
— Я просто хорошо кушал, — напряженно произнес он, играя желваками.
На Артема было страшно смотреть (это для понимающих — а для посторонних он белозубо улыбался), так что следовало выводить его отсюда.
— Легенда, ребята, у вас не настолько и плоха, — вновь поправила она очки и посмотрела на нас тем же добрым и чуть задумчивым взглядом, словно у сытой кошки возле аквариума. — Шуйские крайне редко появляются в столице, а уж об их учебе в столичных университетах и не слышала ни разу. Домоседы, известные затворники. Так что личных знакомств и разоблачения вы действительно могли не опасаться… Но! — веско обозначила она паузу.
Да так, что даже Артем преисполнился внимания.
— Не любят в столице Шуйских, ребята. А вы куда собрались? На «Мировую политику», — грустным тоном листнула она документы, заглянув в наше заявление. — Там одних кровников и злопыхателей… — печально закачала она головой. — Вас бы, милые мои, в первые же дни на тот свет отправили. Так что, считайте, жизнь вам спасаю.
— Мы вас поняли, спасибо, — холодно ответил Артем. — Разрешите забрать мои документы, — сделал он шаг вперед.
— Куда? — цепко убрала к себе бумаги Эльза Леонидовна. — Это — я забираю! В наш музей подделок!
— И все же, я настаиваю на их подлинности и прошу вернуть.
— Ребята, — обрел строгость ее взгляд, — вы же понимаете, что подними я шум — вас вульгарно повесят? Да, будет суд, рыдания ваших матерей, прошения на высочайшее имя и, может, если повезет, просто каторга… А если это дойдет до Шуйских? Да вы просто исчезнете, и никто вас никогда не найдет! Скажите спасибо, что я не хочу ломать вам жизнь и даю шанс исправиться. Пойдете в другой университет с этой подделкой — там ведь может оказаться человек не такой и понимающий… — добавилось угрозы и предупреждения в ее голос.
— Мы поняли, спасибо. Мы уходим, — взял я руку Артема и потянул назад.
Тот вроде замер (и я уже смирился с тем, что придется его буксировать), но вроде отмер и дал себя повести к двери.
А ведь мои документы тоже остались на столе. Впрочем, всегда есть возможность вернуть все тихо и без скандалов.
— Не вешайте нос, абитуриенты. Еще есть время сдать экзамены честно! — веско произнесла Эльза Леонидовна нам вслед.
То ли воздуха не хватало, то ли хотелось простора, но добрели мы в молчании до самого выхода, остановившись на ступенях университета, да там же и присев — с левого края, в пространстве весьма вежливо и чутко расступившейся толпы. А иначе бы их Артем растоптал, не заметив…
— Положение интересное, — улыбнулся я радуге, образовавшейся в высокой струе поющих центральных фонтанов.
— Можно же что-то сделать… Может, я Силу Крови им покажу?.. — от безысходности предложил Артем.
— А учиться мы где будем? — скептически поднял я бровь. — На развалинах?
— Максим! Ну ты же планировщик, ты же можешь что-то придумать!
— Могу.
— Ну?!
— Вариантов море. Но все равно развалины университета получаются.
Мы вместе горестно вздохнули. Было бы время — я бы председателю комиссии зрение наладил, о проблемах семьи побеспокоился. Досье на нее в телефоне
