«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
источника средств, иначе ни в жизни не поверят в таких белых и пушистых. Повторяю: легкий, житейский! Как будто кто-то за рубежом хапнул откат, а теперь хочет деньги легализовать. А то вечно эти аристократы морды воротят.
— Максим… — укорил меня друг голосом.
Мол, не в первый же раз…
— Ладно, — подобрел я в интонации. — Тогда по Нике. Что она сегодня в университете вообще делала? — полюбопытствовал я вопросом, который не успел задать ранее.
Ну, раз не специально меня там поджидала…
— Так медицинский, четвертый курс… — наверное, пожали плечами на том конце провода, — они же каждое лето на практике.
— Так-так-так… — заинтересовался я. — А где у них практика?
— Сейчас уточню, — озадачился он.
— Перезвоню, — завидел я приближающегося к машине Артема и отключился.
Друг шел с невозмутимым выражением лица, удерживая в левой руке завязанный у горловины мешок из занавески, набитый чем-то объемным, но явно легким.
Первым делом он распахнул заднюю дверь машины, закинул туда мешок. Затем столь же неспешно — как из магазина вышел — сел за руль, пристегнулся.
— Жилинский Эдуард Ростиславович; не слышал о таком? — спросил Артем. — У него еще казино и с десяток таких же вот контор, — кивнул он в сторону невидимого отсюда бизнес-центра.
Кстати говоря, вместе с открывшейся водительской дверью с того направления отчетливо потянуло гарью. Вон даже мотор стоящей позади пожарной машины ожил, и она в сопровождении «скорой» отправилась любоваться результатами частного посещения княжеской персоной отдельно стоящего здания (до того целого и невредимого).
— Сейчас узнаем, — хмыкнул я в ответ и спросил ответ у интернета. — Похож? — повернул я к нему дисплей телефона.
Тут даже фото было — обычный лысоватый мужик с автозагаром на открытии того самого казино. И адрес заведения, разумеется, тоже присутствовал.
— Я откуда знаю?.. — буркнул он, заводя машину.
— Господа, — вежливо постучался в окошко знакомый чиновник, тоже подошедший со стороны делового центра, — у вас все на сегодня?
— Если бы, Андрей Алексеевич… — виновато развел я руками. — Но на этот раз — уже не в вашем районе.
— Сочувствую вашим хлопотам. Соизволите рассчитаться? — предложил он листок, заполненный убористым почерком с крупно обведенной суммой в самом низу.
— Так, — взял бумагу Артем в руки и сосредоточенно вгляделся. — «Уборка территории, вывоз мусора, нарушение санитарной зоны по сжиганию изделий из дерева и пластика… Шум в общественном месте, обесточивание газопровода, разрыв газопровода, восстановление линии газопровода… Суммарный сопутствующий ущерб сторонним организациям…» Компьютеры, принтеры, куртки замшевые — три… Дежурство спецтехники и экипажей… Деревья липовые, старше десяти лет, пять штук… Сколько?! — Наконец возмутился Артем. — То есть, я хотел сказать, там не было ни единого дерева!
— Родион Геннадьевич очень хотел бы, чтобы они там появились.
— Плати… — кашлянул я в руку.
— Ладно, — неохотно произнес Шуйский, поняв, что за этой строчкой скрывается неизбежная плата за беспокойство. — Но — плитка! Да я не то чтобы на нее кого-то кидать с высоты — дышать боялся на эту плитку! Честью клянусь! — задохнулся он от возмущения.
— Все бы так о ней заботились, — с уважением кивнул Андрей Алексеевич. — Значит, так было до вас. Вычеркивайте. Итого, за вычетом… — Как по волшебству появился в его руках калькулятор, быстро произведя операцию по вычитанию. — Соизвольте ознакомиться, — повернул он к нам циферблат.
Артем с сомнением посмотрел на мешок на заднем сиденье. Что-то мне тоже показалось, что как бы не пришлось доложить своих…
Но обошлось — деньги выложили на крышку багажника, быстро пересчитали (у чиновника оказалась с собой специальная машинка), выдали положенное, а скудный остаток положили сверху в качестве чаевых.
— У меня такое ощущение, что их грабил не я, а город, — передернул Шуйский плечами, выезжая из проулка.
Я изобразил поддакивание. Так-то оно приятнее думать, чем если бы город грабил лично вас.
— Зато у тебя осталось моральное удовлетворение.
— Еще нет. Надо к этому… Ростиславовичу.
— Значит, я звоню дальше, — констатировал я.
И вновь — мои сочувственные ноты в адрес человека, настроение которого явно не в восторге от излишнего шума в его районе. В ответ же — грустное понимание неизбежного, но вместе с ним вежливый призыв не горячиться и действовать на холодную голову.
— Знаешь что… — скептически смотрел Артем на переливающееся огнями заведение, к которому мы подъехали уже в полдесятого вечера.
Некоторые пробки
