«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
результаты — точно кого-нибудь задавят на входе.
— Что тут стоишь? — объявился хмурый Артем, плечом аккуратно сместив рядом стоящих ребят.
— Место удачное.
— А там — неудачное? — указал он на бортик фонтана.
— Категорически, — емко и со значением ответствовал ему, выражая убеждение, что никуда уходить не собираюсь. — Где твоя… проблема?
Никого в синем рядом не было.
Артем возмущенно запыхтел, но ответил со спокойной солидностью:
— Она хотя бы не рвет мои документы.
— Она мне мозг рвет, — поморщился я.
— Ну, слушай, она переживала, — с жаром заступился Артем. — Признаюсь, я вчера ей наговорил про тебя разного. Она не хотела покупать квартиру! Говорит, дорого! Вот я и сказал ей, что ты бываешь страшно зол, когда кто-то отказывается от твоих подарков. И мне, в общем, влетит.
— Влетит, — поддакнул я, хмуро на него покосившись. — Значит, я опять чудовище, да? А ты герой в светлом.
— Да какой тебе от этого урон?.. — примирительно повел он руками.
Тем более не соврал он ни полслова — и деньги там были мои (частично — но ведь он не уточнял), и я не люблю равнодушного отношения к своим подаркам.
— Ну а тебе какая польза? — не повелся я, продолжая поглядывать без воодушевления. — На мечту ты ей средства дал, долга чести нет. И не отводи мне тут глаза, Артем Евгеньевич!
— Тут отвратительно кормят! — не выдержал он давления взглядом и произнес со всей возмущенной искренностью. — Дорого, порции маленькие, двойную не кладут! Я им говорю — дайте мне четыре борща, так они вынесли и косятся всем персоналом, как я ем! Это возмутительно!
— Артем… — произнес я тем же тоном, которым говорят обычно мое имя.
— В общем, Вера отлично готовит, — сдался он сразу. — И тарелки у нее большие!
Ты смотри, работает.
— Ох, не заглядывался бы ты на размер тарелок… — поцокал я и произнес наставительно: — Не это главное в человеке!
Артем состроил ироничную мину.
— Главное в человеке — не злить меня! — продолжил я. — И у нее это не получается.
— Да ну тебя… Я тут, может, душу изливаю… — махнул он рукой.
— Ладно, — настала моя очередь мириться, — ты хоть подумал, что будет с ней дальше?
— А что будет? Все хорошо будет, — сказал он со знакомыми уверенностью и энтузиазмом.
Такими, после которых в его дворце появлялся новый котенок.
— Во-первых, она узнает, кто ты такой.
— Не узнает. У университета закрытые базы. Когда я подтвержу свою фамилию, то просто попрошу закрыть эту информацию от остальных. Максим, это главный университет страны, тут ничего нельзя выяснить со стороны, полная анонимность для тех, кто ее желает. А через пять лет посмотрим.
— Хорошо, — прикрыл я глаза. — Во-вторых, кто-то признает тебя и решит через Веру навредить.
— Я их уничтожу, — буднично произнес он.
— А Веру это вернет? — приподнял я бровь. — Сделает ее вновь здоровой, невредимой?
Артем насупился, подыскивая решение.
— Статус ей нужен, — не стал я его мучить. — Положение в обществе, которое ее защищало бы.
Друг чуть наклонил голову, оценивая услышанное, но все же без охоты кивнул, соглашаясь.
— Она хоть кто-то? — намекнул я на род.
— Она как ты… — задумчиво пробормотал он.
— Тогда вообще не вижу для нее проблем…
— То есть не как ты, — спохватился Артем. — Ранг у нее есть, но самый минимум. Рода нет, родителей нет, живет у дедушки с бабушкой.
— Что-то подозрительная какая-то особа. Давай лучше тебе повара наймем, и ты снова вернешься к помощи бездомным котятам?
— Да при чем тут котята! — возмутился он. — Слушай, ну какая тут подозрительность! Мы же ее знать не знали еще вчера утром!
— У меня тут огромный список людей, которые тоже узнают обо мне в первый раз, — со скепсисом отнесся я к доводу. — Поверь, это будет очень случайно и неожиданно.
— Это не то! — уперся Артем. — Что там со статусом?.. Слушай, я взрослый…
— Ничего не говори! — остановил я его на полфразы. — Вечно какая-то ересь получается, когда ты это произносишь. В общем, надо делать из твоей Веры телезвезду.
— Чего?.. — протянул он с сомнением.
— Это — статус, известность и защита — все в одном. Для тебя тоже огромный плюс — не девочка-студентка из комиссии, а звезда экрана. Никакого урона репутации.
— Ты не обо мне заботься. Я о себе сам…
— Тогда про Веру, — охотно вернулся я к теме обсуждения. — Предлагаю поставить ее вести прогноз погоды. Считай, после каждого выпуска новостей на экране: максимальная аудитория, примелькается мигом.
— И ей прямо вот так уступят место?
— Это мой канал, — терпеливо пояснил я. — Нынешнего ведущего
