«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
оси башни раз в сорок минут, не спасал — сумрак был за каждым окном, в любом направлении и без малейшего просвета.
Разумеется, всегда нашлись бы романтики, верящие, что мгла вот-вот отступит, но для них были заведения уровнем ниже и изрядно дешевле. Здесь же царили апатия и мысли об упущенной выгоде — даже официант при виде клиентов только обозначил движение к нам, уже мысленно смирившись, что сейчас гости развернутся и уйдут.
Оттого, наверное, реакция на мою просьбу предоставить в аренду их кухню была недоуменной и без традиционного жесткого отказа, встречающего каждого, кто пожелает пройти в святая святых заведения, и — о ужас! — возжелает там хозяйничать (без санкнижки, без инструктажа!). Вместо этого официант вернулся в компании администратора и дежурного шеф-повара. Последний, обведя глазами пустой зал, все же осторожно поинтересовался, что такое могут приготовить уважаемые гости, с чем не справился бы он. Мол, может, нам не стоит утруждать себя?
В дискуссию вступать я не стал и просто обозначил сумму аренды — тут уже администратор заведения сам мягонько подхватил повара за локоток, отводя в сторону, а нам широким жестом указал на вход в помещения кухни.
— Владейте и ни в чем себе не отказывайте!
— Благодарю. — Скинув с себя пиджак, я передал его на руки Артему. Тут же получил чистый халат, чуть ли не бегом вынесенный официантом из кухни.
— Я помогу?.. — робко произнесла Вера, обозначив шаг к двери во внутренние помещения.
Я посмотрел на нее недоуменно и перевел осуждающий взгляд на ее кавалера.
— Ч-что не так? — повернулась она к Артему.
— Вера: вот производство высокотехнологичных пластиков — секретная информация? — Тихонько вздохнув, Артем положил ладонь ей на спину и медленно повел к ближайшему столику.
— Ну да. Но это ведь… — оглянулась она в мою сторону.
— А тут чистая биохимия: температурные режимы, давление, катализаторы и время.
Он, как и многие мужчины, знал, сколько мистики и магии может содержать фраза: «Варить до готовности».
— Да ну ерунда! — фыркнула девушка. — Как готовка может быть секретной?
— Все что угодно может быть секретным. Даже как правильно переходить дорогу, — терпеливо пояснил Артем и обратился к персоналу, деликатно вернувшемуся к стойке: — Можно нам кофе и что-нибудь из десерта?
— Сию секунду!
— И погода за окном ужасная… — проворчала девушка, устраиваясь за столиком.
— Если я что-то понимаю, совсем скоро будет ясно и солнечно! — донесся бодрый голос Артема за мгновение до того, как я плотно прикрыл дверь.
Сверху равномерно горели плафоны, освещая белоснежный кафель стен и дверцы промышленных холодильников, отражаясь от практически безупречного зеркала стеллажей, раковин и посуды из нержавеющей стали.
— Приступим, — ревизовав содержимое шкафов, удовлетворенно вздохнул я и встряхнул ладонями.
Свет медленно просел, восстановившись так же плавно — словно великан на секунду прикрыл глаза. Затем замерцал стремительно, будто крылья бабочки, чтобы через мгновение погаснуть совсем, оставив помещение в полной темноте. В центре которой синими, искрящими от влитой Силы линиями расцвел объемный алхимический конструкт с гранью в полтора метра, выглядящий шестью кубами, вложенными друг в друга и соединенными через вершины.
— Автоматика тут, конечно, ни к черту, — прокряхтел я, налетев в потемках на угол стеллажа. — Интересно, а если так?..
Комнату тут же осветили с десяток звездочек, своим мерцанием отгоняя темноту и разбавляя контрастно-синий оттенок, исходящий от конструкта.
— Вот, гораздо лучше! Как там он готовился-то?.. Ага, давление в сорок атмосфер и отделить белки от желтков…
Кубы конструкта начали медленное вращение — каждый вокруг собственной оси…
Через сорок минут мы вместе сидели в светлой приемной цвета орехового дерева: я, Артем, Вера и кусочек свежего торта, запакованный в пластик, на ее коленях. Торт располагался в рекомом месте в знак великого доверия и в результате очередной попытки Артема меня с Верой примирить. Она, видите ли, испугалась, когда на этаже рубануло электричество, а скатерть стала искрить. Ладно хоть Артем удержал сумасшедшую — синтез шел полным ходом, и так бы вместо торта запросто мог получиться студень. Это ж сколько зря переведенных ингредиентов и моего времени!
Сошлись на том, что Вера несет торт и ни в коем случае не открывает упаковку. Да и, честно говоря, со свободными руками было удобнее — электрическая подстанция только-только перезагрузилась, система охраны приняла мой пропуск (где-то наверху подозрительно синхронно с этим проревела сирена), и у нас было около трех
