«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
сожалению, служба погоды ничего не может сделать в данном случае и просит вашего личного участия. Это не обычная гроза, — выразительно посмотрел Георг.
— Кто у нас в городе из князей, на это способных? — вздохнула девушка, массируя виски и с недовольством глядя на сотовый телефон. — Хотя стоп… где центр грозы?
— Спутники показывают — в районе Большой Спасской.
— Так… — представила она карту города. — Ага. Отбой.
— Госпожа?..
— Завтра будет ясно и солнечно, — не стала ничего объяснять принцесса, жестом отправив слугу из кабинета.
Он не умеет сердиться долго.
— Интересно, что на этот раз?.. — ворохнулось слабое любопытство, тут же обернувшись нешуточной тревогой.
Девушка резко встала с места, подбежала к окну и заглянула вправо, высматривая огни и очертания высоток Москва-Сити.
— Стоят, — удовлетворенно выдохнула она.
«Как хорошо, что его здание далеко! — пронеслось с облегчением. И тут же взгрустнулось, памятуя, как тихо и спокойно в последние годы стало в районе трех вокзалов. — А может, плохо?»
Работа сапера не дает права на ошибку. Лишнее движение — и по ушам бьет отзвук близкого взрыва, сила ударной волны взметает в воздух обломки, комья земли и металлический хлам, оставшийся от дрона-сапера, и проносит их мимо бетонного укрытия. Остается только стянуть с головы массивный шлем, утереть пот и покачать головой. Никто не совершенен, и мастерство вместе с опытом не гарантируют превосходства над злым умыслом.
В отличие от условно безопасного разминирования правила русского языка оставляют человека с текстом один на один, в шерстяном костюме и шелковой сорочке, не способных ни от чего защитить. Рядом не будет напарника, не у кого получить совет или попросить помощи — за этим проследят внимательно, с садистским удовольствием пресекая все порывы человечности и попытки помочь другу. Зато вам позволят ошибаться — раз за разом, в каждом слове, в каждом знаке препинания, в каждой небрежной черточке, выведенной черным на листе цвета человеческой кожи.
А затем — стоп, ручки отложить, листы на край парты… «Самойлов, начнем с тебя» — и: «Ай-яй-яй, это же простейшее сложноподчиненное предложение с однородными подчинениями!» Но детонация накопленных ошибок не будет милосердной, не обернется мгновенной вспышкой и грохотом, за которыми последуют чуть испуганная тишина и ощущение, что так или иначе все позади.
Нет, нет, нет — под мягкий, сочувствующий голос взрывная волна станет медленно ломать пальцы пунктуацией, через наречия и союзные слова переходя от них к плечевым суставам и коленным чашечкам, обращая в месиво и фарш руки и ноги грамматическими ошибками, вскрывая живот и грудную клетку устойчивыми речевыми оборотами, показывая всю бедность и жалкость внутреннего мира. И бесформенным обрубком, уже жаждущим конца пытки, можно только простонать: «Людмила Семеновна, можно я перепишу?»
Я выдохнул и открыл глаза, глядя на экзаменационное задание перед собой. «Выделите предложения, где синонимическая замена придаточной части сложноподчиненного предложения причастным оборотом невозможна».
Пожалуй, близкий взрыв мины я переживу даже в костюме. Но вот это — вряд ли.
Ладно, отложим и перейдем к следующему. «Выделите прилагательные, которые выступают в роли части сказуемого».
Перевел взгляд чуть выше, а затем медленно обвел им класс, заполненный сосредоточенно пишущими свои варианты ребятами и девчонками. Как они могут быть так спокойны, когда тут происходит такое?!
— У вас какие-то вопросы? — поправила массивную оправу очков куратор сегодняшнего экзамена и по совместительству — цербер этой аудитории.
«Человек ли вы?»
— Нет-нет, все под контролем. — Я перехватил ручку поудобнее и попытался отразить на лице ту же уверенность, что у соседа справа.
«Из предложений выпишите подчинительные словосочетания со связью примыкание».
Ну вот, уже легче!
По лбу покатилась капелька пота. Ладно, сначала сочинение: «Проблема выбора жизненного пути». Да какая тут проблема — захотел стать императором, так создал свою империю и заставил с ней считаться. Это вам не сложноподчиненные предложения — тут все проще, если видеть цель и идти, пока дают идти. А если не дают — лететь, ехать на поезде, ползти, пока не переползешь тела мешающих, и можно будет вновь встать в полный рост.
Но текст я все же выполнил по всем канонам, с отсылками к классической литературе, пользуясь главным правилом: писать то, что хотят услышать.
Справился, считаю, хорошо. Заодно хватило времени вернуться к спорным
