«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
Ожидайте!
Отключился, умиротворенно положил телефон на столик и забрал оттуда свою упаковку сока.
— Это кто? — не удержался от любопытства товарищ.
— Да так, — отмахнулся я.
И тут же был вынужден отложить сок и отвечать на новый вызов.
— Але! Да, полиция. Так-так-так… Номер квартиры? Разберемся, гражданочка! — на этот раз чуть более грубым, уверенным голосом произнес я и нажал отбой.
— Максим?..
— Да что такое-то! — возмущенно отреагировал я на новый звонок, последовавший практически сразу. Взял трубку: — Пожарная служба слушает! Так! А мы тут при чем?.. Десятый этаж? Лестницу вам подать? Никак невозможно!.. Я прекрасно слышу, кто вы! Но все экипажи заняты! Именно! Снимают с дерева любимого кота графа Шереметева!.. Вот и жалуйтесь графу!..
— Ну и хамство… — поделился я с другом, возмущенно откидывая трубку на шезлонг рядом с собой.
— Максим!
— Что? А, да это Ника, — отмахнулся я. — Я ей дверь заварил.
— Нет, не то чтобы я хотел ее защитить, но… — скорее с любопытством, чем с осуждением протянул друг.
— Это самооборона! — категорично постановил я. — Двадцать минут назад она заказала такси до университета. Считаю это прямым и недвусмысленным доказательством акта агрессии.
Потому что проигранный спор вообще не влияет на ее желание испортить мне жизнь. Наоборот, значительно усугубляет. А тратить выигрыш на банальное: «Не мешай мне поступить», — пфф…
— Я так понимаю, она уже поняла, что такси не приедет, — хмыкнул Артем. — И насчет двери — тоже. Только чего она тебе звонит?
— А я все ее звонки на свой номер завел.
— А я смотрю, она у тебя не очень умная.
— Да нет, умная. Наивная просто, доверчивая, — даже с некоторой теплотой отозвался я.
И телефонная трубка ожила в очередной раз.
— Так… — с любопытством хмыкнул я. — Ну не в службу газа же звонит?.. Алло?..
— Привет, пап, — раздался тихий и подавленный девичий голос в трубке. — Я не хотела тебя беспокоить… Я действительно думала, что справлюсь… Просто сейчас это зашло слишком далеко…
— Что случилось, солнышко? — постарался изобразить я мягкий баритон ее отца и заботу в голосе.
Но вместо ответа отчего-то получил настороженное молчание. Где я мог проколоться?.. Семейное прозвище?!. — вспыхнула догадка.
— Ласточка, почему молчишь? Радость моя? Котенок? Ягодка? Зайчик? Малыш? Принцесса?… Бусинка?.. — осторожно предположил я.
— Максим, скотина, это ты?!
— Тигренок?..
Вызов оборвался под звук удара пластика о бетонную стену.
— Сами звонят, сами трубку бросают… — буркнул я, убрав телефон.
А затем, не удержав порыва любопытства, взял обратно, тут же набирая по памяти одиннадцатизначный номер.
— Алеу? Еремеев Сергей Олегович? Это вас из отдела статистики и социальной защиты беспокоят — у вас будет минутка?.. Большое спасибо! Мы проводим опрос: подскажите, как вы называли свою старшую дочь в детстве? Так-так, записываю. «Не твое собачье дело»? А вы знаете, что с таким прозвищем ребенок может вырасти злым и агрессивным? Але? Але?… Ну и семейка!.. — осуждающе покачал я головой.
Тут же отсоединил аккумулятор телефона, достал сим-карту и сломал ее пальцами, а затем сложил все в холщовую сумку слева от себя.
— Можно один вопрос? — подал голос Артем, до того внимательно прислушивающийся и что-то обдумывающий.
— Ага.
— Как у тебя вообще могла быть девушка?
— Не знаю, — честно пожал я плечами. — Кормишь вкусно, потом сама из дома не уходит.
— М-да… Я, кстати, с Ники стребовал, чтобы она к тебе не лезла. Она согласилась, но с условием, что ты не начнешь первым.
— Это в довесок к ужину в ресторане требование? — все же дорвался я до сока.
— Значит, вчера вы там и встретились, — сделал вывод Артем.
— Угу. Чего, кстати, ушли? — лениво поинтересовался я, сделав глоток.
— Вера не захотела остаться. Считай, сбежала. А я — за ней. Чуть подальше нашли кафешку, кофе попили. Так что нормально все.
Отпущение вины на княжеский манер. То есть его сиятельство не в претензии.
— Я тоже вкусно поел, — подытожил я воспоминания о дне ушедшем и вновь уточнил время на экране телефона. — Ладно, двенадцать почти. Еще минут сорок, наверное, до результатов. Ты ведь дождешься?
— Дождусь. Почему сорок?
— Да там черновой вариант протокола потерялся. — отложив сок, присел я на шезлонге. — Считай, каждую работу пришлось брать заново и выписывать отметку. А их там… много, в общем. И ведь обнаружили только утром, представляешь?
— А чего это он потерялся?.. — посмотрел на меня Артем с подозрением.
— Ой, да было бы о чем
