«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
прогулочном судне… А потом кто-то иной купит еще больше и еще дороже, его сравнят с вами — и волна раздражения смоет все удовольствие.
Но что-то же надо делать, как-то бороться с этой коварной апатией…
Тогда влиятельный человек позволяет себе сына или дочь. Не из тех, которые в будущем возглавят семейное дело и унаследуют уважение. Совсем иных.
Он позволяет себе проблемного ребенка — избалованного и не признающего законы, яркого и бездумного транжиру, рассекающего без прав по автострадам на запредельной скорости. Пусть тот сожжет ресторан, пусть разобьется, обращая в хлам роскошный спорткар, пусть подерется с полицией. Не важно, что он сделает, — важно то, что ничего ему за это не будет и весь город станет об этом говорить.
Общество терпимо относится к слабостям великого человека. Ему даже посочувствуют украдкой: какой знаменитый отец! И какой непутевый сын! И великий человек примет извинения с маской скорби, пряча за наклоном головы и густыми ресницами невероятное довольство во взгляде.
Яхты, виллы, гепарды в ошейниках и антиквариат — все это нелепый пустяк по сравнению со сломанным носом сына заместителя мэра, которому зарядил его отпрыск в алкогольном угаре. Ах, тот защищал свою девушку! Что же тогда будет золотому мальчику? Что скажут власти, что скажет полиция?!
Ничего ему не будет. Никто не посмеет тронуть кровинку уважаемого человека. Мальчик запутался. Мальчик выплатит штраф. Мальчик не извинится, но это сделает адвокат — по доверенности.
Иногда проблемного ребенка будут вырывать из бездумного кутежа и натаскивать семейным приемам Силы, устраивать КМБ длительностью в несколько месяцев, выбивая на это время всю дурь — потому что нельзя, чтобы благородного отпрыска отпинал неудачник в клубе. А еще следует накрепко запомнить фотографии, имена и фамилии тех, кого задевать не стоит ни в коем случае — уже для собственного сохранения…
Через какое-то время слегка ошарашенного парня или девушку оставят в роскошных апартаментах, с ключами от «мазерати» на тумбе и иридиевой пластиковой карточкой семейного банка в приоткрытом конверте рядом. «Отец приносит извинения», — будет написано на белоснежном листе бумаги, оставленном в качестве сопроводительного письма.
Всего одно мгновение, чтобы оглянуться на прошедшее, сделать выводы и начать жить иначе. Одно мгновение… И старые друзья уже откликаются на вызовы, с радостью собираясь на очередной карнавал халявной выпивки и безнаказанных развлечений…
— Ваш младшенький, я слышал, разбил витрину Охотного ряда?
— С тоской вынужден признать достоверность этих слухов. — Скорбный вздох. — Вот бы он был хоть немножко похож на старшего!
— Достойный юноша, бесспорно.
— Как и ваш Александр, смею отметить.
— Одна на него надежда, — тягостный вздох. — Вы, должно быть, уже знаете, что моя Наташенька опять подралась? Вот откуда, откуда в ней это?!
— Боевитостью в отца, я полагаю, — и лукавая полуулыбка в ответ.
Положительно, это соревнование куда дешевле и интереснее, чем мериться водоизмещением кораблей и возрастом плесневелой вазы, куда азартнее скачек и казино — в деле родная кровь, и этим все сказано.
Великие люди с радостью отправляли бы сорванцов за рубеж, чтобы проделки их доносились эхом из-за границы, в рубрике международной прессы. Но традиции родовой мести быстро отучают от чужбин, потому как от разрубленных на части наследников будут только урон чести и тоска.
В конце концов, некоторые золотые дети, вырастая, смогут выйти из тени их отцов. Всегда есть вероятность надоесть великому предку — и получить шанс на нормальное существование.
Но до этого — они получат то, что должны по замыслу: все самое дорогое, самое роскошное, самое наилучшее. Олицетворение богатства и вседозволенности, ярко сгорающее в алкогольных парах, покуда проблемному ребенку не найдется лучшее применение… А разве есть судьба лучше, чем умереть во благо рода?.. Сакральные жертвы нужны во все времена, за темные дела кланов тоже положено платить кровью. А до того — пьяней, танцуй, люби и верь, что это — навсегда.
Из дверей ночного клуба на противоположной стороне улицы вывалилась хохочущая компания, неуверенно держащаяся на ногах, оттого взрывающаяся новыми залпами смеха, стоит кому-то пошатнуться и завалиться на пошатывающегося соседа.
Панорамные окна круглосуточного кафетерия, в котором я сидел, а также свет солнца, только поднявшегося из-за горизонта, позволяли детально рассмотреть группу молодых людей.
Три парня в модной одежде, расстегнутой за время ночных гуляний на пару пуговиц, четыре девушки в легкомысленных и пестрых платьях, в которых
