«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
в этом управлении будет тоже Максим. Именно поэтому его убрали в сторону.
Артем не остался один. Место старого друга заняли иные — тоже способные делить общие успехи. Но панически боящиеся делить неудачи.
Сказать честно, в день, когда ему было позволено решить небольшую проблему с аэропортом и Максимом, он радовался встрече с ним искренне и всей душой постарался сделать так, чтобы Максим переговорил со своей родней до того, как обнаглевшего Юсупова вышибут из аэропорта силой. Просто потому, что Максиму это могло было быть важно. Важно его другу.
То, что было позже, этот вскрывшийся заговор и документы с железнодорожными накладными — мощно ударило под дых. Так бывает с бедой, когда ее тяжесть ложится и на вестника, невольно перенося вину на него тоже.
Усилием воли Артем отринул обиду — ведь мог Максим сказать все раньше! Но, откровенно говоря, никто бы ему не поверил, кроме Артема. А пока родня сомневалась, дядя замел бы следы… Все было правильно, но от этого не менее мерзко.
Разумеется, никакой гражданской войны не ожидалось — в город был призван дед, а значит, вскоре дядя сам явится и попросит пощады. Потому как никто не даст ему укрытия и убежища — глупо оставлять на своих землях человека, за которым однажды придет хозяин леса. Так что рано или поздно… Тем более что дядю просто измочалят в кровь, не оставив и живого места, но жизнь сохранят.
Проблема у этого решения выискалась довольно щекотливая. Все дело в том, что Артем уже приличное время — со злополучного турнира — не был тем, кого помнил дедушка. Он стал сильнее, он изменился, а значит, был шанс, что родич не признает в нем внука и просто убьет. Обескураживающее знание, с учетом той надежды на встречу с дедом, которая горела в Артеме.
Не то чтобы они с дедом были близки — скорее нет, чем да. Тем более что видел Артем деда всего трижды в жизни.
Первый раз — в шесть лет, когда строгий мужчина с аурой могущества впервые появился в их доме. Он довольно болезненно ощупал мальчишку, обращая внимание на суставы и кости, но напоследок потрепал его по волосам, одобрительно кивнув отцу. Этот момент запомнился особо, но воспринимался Артемом слегка иначе — просто все это время он купался в ощущении силы и величия, что пробирало его искренним восторгом, а боль от пальпации чувствовалась как-то отстраненно. Тем более ему не запомнилось искреннее облегчение во взгляде отца после одобрительного кивка деда…
Второй раз встреча состоялась в десять лет, и она точно запомнилась восторгом игры с дедом во втором обличье. Рядом с молодым медведем Артемом вышагивало олицетворение силы их рода — и даже память крови, мучившая его чужими мыслями, благоговейно спряталась в глубины разума. Это облегчение, это счастье, эта радость сытого лета, холодных ручьев и реки, полной рыбы, — именно они формировали любовь к патриарху рода.
Третий раз была охота в двенадцать лет. Первая самостоятельная охота Артема — и его первый олень. Дед, с гордостью наблюдавший за всем процессом, и одобрительно стукнувший его лапой. Правда, почти весь олень деду и достался, но кое-что он все-таки оставил внуку.
Больше встреч не было — отец говорил, что Артему нечего делать в чащобе. А после турнира и роста в Силе появляться там стало попросту опасно.
Тем не менее скоро должно было исполниться восемнадцать лет, и в этот день новая встреча просто обязана была состояться. Так предписывала традиция, которую невозможно было изменить.
В этой связи Артем слегка недоумевал, почему ему требуется покинуть город, если до дня рождения все равно оставались считаные дни. Но с отцом не спорят — тем более он был довольно напряжен, отдавая приказ, и играть на его нервах не стоило. Складывалось ощущение, что на этот раз традиция будет и вовсе нарушена — каким бы диким это не казалось.
Далее были дорога, университет и Максим, который вообще не изменился в той части, что умеет находить неприятности и виртуозно их решать с сопутствующими массовыми разрушениями. Правда, в этот раз рушил Артем… Да и влипал в неприятности скорее он сам, чем друг… Короче, Максим был прежним, но все-таки стал иным. Он научился планировать.
Собственно, друг умел планировать и раньше, но все его планы были размеренными и четкими ровно до взрыва, после чего переходили в импровизацию.
Кто же знал, во что это превратится через три года…
Подумать только, натравить дядю на клан!!! Это же просто ни в какие ворота!!! Это неуважение, это втоптанная в грязь дружба в первую очередь!
А что он сотворил всего пару дней назад?! Притащил деда в город. Его деда! Силой! Артем впервые видел слезы на лице предка, рассказывающего про пытки и мучения. Почти сломленный старик даже поклялся ему, Артему, в верности, лишь
