«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
с надеждой уточнил ее голос, — головой вниз…
— Ника… — произнес я пересохшим горлом и прикрыл глаза.
Потому что высота впервые стала пугать.
— Ау?
— Ты не могла бы осторожно взять меня за плечи и помочь перебраться обратно на крышу?
— Конечно-конечно! — покладисто отозвалась она.
В общем, через минуту стоял на кровле даже без мешка на плечах и полностью развязанный. Внутри до сих пор потряхивало.
Я бы, конечно, артефакт перезарядил. Если бы вообще знал про то падение! И сестры — легкомысленные создания — тоже не догадались намекнуть…
Рядом держалась Ника, виновато заглядывая из-за плеча мне в глаза.
— Время? — уточнил у нее сухо.
— Восемь двадцать! — бодро отрапортовала девушка, возвращая мне мой же мобильный телефон, мои же часы, деньги и даже — лист бумаги с записанными кандидатурами на похищение.
Только с листиком вышла заминка — передали-то его мне, но из собственных рук выпускать не торопились.
— Максим, а вот эта Аня — она красивая? — как-то неестественно равнодушно спросила Ника. — И вот эти Яна, Катя, Кира, Юля…
Аня — это Анды. Потом зашифрованные Япония, Куба, Китай…
— Понятия не имею.
— Ясно, — уже вполне открыто расстроилась Ника, неведомо что себе надумав.
— Это названия стран, шифрованные, — решил я все-таки объяснить. — Юго-восточный регион в основном.
— А-а… — протянула она со значением. — И что там?
— Пока что ничего интересного. Мало информации.
— Понятно, — многозначительно покачала девушка головой. — Максим, а если я помогу тебе с тем музеем… тогда расскажешь?
С одной стороны — секретность, с другой — болтливой ее не назвать. Не учат в таких семьях разглашать чужие тайны. Вернее, учат другому — как сохранить и вовремя забыть.
— Расскажу.
Еще и потому, что без помощи девушки незаметно изъять нужную мне вещь просто не получалось.
— Тогда плата плюс рассказ — и по рукам. А что там в музее? — не дала она мне времени для торга.
Впрочем, и не позволила открыто согласиться, подтвердив словом соглашение.
— Доспех, защитный. Высшего класса защиты причем. Работает на чистом электричестве. Впервые такой видел.
— Мм… — покосилась она как-то странно. — А это не доспех из экспозиции вашей кафедры?
— Он, — подтвердил я кивком, направляясь к выходу с крыши.
Время шло, а начинать учебу с опозданий не хотелось. Строго тут с этим. Вон в прошлый раз чуть старостой не сделали…
— Просто я с ним знакома уже, — как-то замялась Ника. — Вернее, лечила после него девчонок…
Я замер на месте и вопросительно поднял бровь.
— Ожоги сильные, — поежилась девушка под моим взглядом. — С кожей полоски ткани отходили, если тронуть. Какой-то дефект. Поэтому доспех теперь — выставочный образец, и…
— Вот блин!.. — в чувствах высказался я, потопав дальше к выходу.
Положительно, это утро выходило не очень добрым.
— Максим? — остановила Ника возле чердачной двери. — Но я ведь решила твою проблему с музеем? — требовательно посмотрела она в глаза.
— Нет.
— Ах так!
— Доспех — не самоцель, а способ решения проблемы… — Я спускался по металлической лестнице, миновав помещение лифтерской.
— Обманщик!
— Нужно пройти из одной точки в другую… — Отметив двери лифта, повернул в левую сторону.
— Мошенник!
— И в доспехе это бы удалось, потому что тамошние ловушки настроены только на восприятие Силы. — Нажал на кнопку лифта.
Гордая тишина, да еще и отвернулась показательно.
— Но теперь пройти не получится, — вздохнул я. — Если только пробиться в нужную точку силой, но это очень шумно и привлечет внимание наблюдателей. Разве что… — осекся я на половине мысли.
Ну конечно — зачем копать путь к музею, зачем вообще доспех, если можно сразу пробить тоннель ее талантом в нужную мне точку!
— Ника, — мягко произнес я.
Та хранила гордое молчание.
— Милая, добрая девушка, — заворковал я, — ну что ты обижаешься? Смотри, как я здорово придумал — никакой музей грабить не будем! Сразу прокопаем до нужной точки. И денег будет больше!
— Я с обманщиками дел не веду, — строго постановила она, заходя в некстати подошедший лифт.
— Что значит «обманщики»? — возмутился я, входя следом.
Обычная кабина лифта — коричневый пластик стен, три рекламных блока под стеклом и металлические кнопки этажей, чуть подкопченные зажигалкой.
— А ведь я спасла ему сегодня жизнь! — продолжала ворчать Ника, нажав на кнопку первого этажа.
— Это когда усыпила, похитила и подвесила над улицей? — Стоило дверям закрыться, с моего пальца сорвались две
