«Напряжение» В этом мире слово способно начать войну. Оно же остановит кровопролитие, будет гарантом мира и крепкого союза. Таковы правила: слишком много силы в крови одаренных, чтобы лжецам позволили существовать. Однако ложь все равно будет жить, свивая гнездо в сердцах самых честных и благородных, обволакивая страшные преступления красивыми словами, превращая подлость в великий подвиг.
Авторы: Корн Владимир Алексеевич, Ильин Владимир Александрович
день. Есть у нее талант, нет у нее таланта, но если вы к тому времени опять разругаетесь, будет некрасиво… Можно было бы сегодня — вы вроде мирно сидели… Но эту субботу, извини, упустили, — нахмурился Шуйский и помрачнел.
— Что-то случилось? — отметил я его реакцию.
— Да, кое-что случилось. Так что теперь к моим делам, если не против, — выдохнув, снова вернул себе миролюбивый вид Артем. — Не плохое случилось, нет. Скорее… даже слово не подобрать, — цокнул он.
— Говори как есть, — развел я руками. — Можно валом слов, можно эмоциями, можно без имен.
— Да не все так скверно, чтобы одним эмоциям быть. Но и без них никак, — завозился на месте друг. — Маятно просто… В общем, что ты знаешь про закрытые клубы?
— Смотря какие. Это ближе к студенческим братствам или религиозным орденам?
— Скорее первое, — задумавшись, качнул головой Шуйский. — Никаких ритуалов, все вокруг университета. Приглашают не всех, опять же — тайна, закрытые вечеринки для своих. Потом студенты вырастают, становятся князьями и крупными чиновниками, судейскими стряпчими и высшей имперской аристократией. Клуб при этом остается на месте. Знаешь, вроде смотришь со стороны — ну ничего не связывает двух людей, кроме одного университета. А потом — оп! — и имперская судебная тяжба не в твою пользу, по каким-то косвенным доказательствам… Или вон, к примеру…
— Я понял, — оборвал я его. — Так что случилось-то?
— Зовут в клуб, — поджал он зубами нижнюю губу. — Меня как княжича. Девушку тоже можно взять с собой. Веру то есть.
— Это хорошо? — осторожно уточнил я.
— Это очень, невероятно хорошо, — согласился он. — Но один ритуал в этом клубе все-таки есть. Посвящение, испытание. Короче, надо ограбить банк, — выдохнул он, словно в воду холодную нырнул.
— О, так я могу посоветовать хорошего специалиста! Если мы сложимся, то два тоннеля точно будут со скидкой!
— Разбойное ограбление, Максим, — покачал головой Артем, — среди бела дня.
— Они с ума сошли — такое предлагать? — недоуменно посмотрел я на друга. — Это же имперское преступление!
Потому что деньги — это всегда очень серьезно.
— Клуб элитарный, — произнес он, словно через зубную боль. — Ощущение вседозволенности… быть хищником… и другой бред.
— Смахивает на подставу.
— А то я не вижу, — с усталостью, говорящей о многих размышлениях на эту тему, отозвался Шуйский. — Говорят, что банк принадлежит простолюдину — какому-то купцу из шестой тысячи, и возможные последствия они замнут.
— Банк — в Москве? — сделал я важное уточнение.
— В Москве. Не в центре, но и не на окраине.
— Купец из шестой тысячи? — с иронией уточнил я.
Банки — это очень большие деньги. Чужие в основном, а значит, их не доверят абы кому. И если встречается исключение, то выводы могут быть как о качестве этих денег, так и об истинных хозяевах банка.
— Я тоже это вижу, — хлопнул Артем по подлокотнику. — Но не могу отказать.
— Не можешь или уже не смог?
— Уже… — как-то обескураженно пробормотал друг. — Так получилось. Перспективы действительно громадны, — принялся он оправдывать свое решение передо мной. — Такого шанса не бывает во второй раз! Плюс я пойду не один, там будут еще кандидаты.
— Из равных тебе по титулу?
— Смеешься? Равные уже в клубе… Но некоторые господа — из весьма уважаемых семейств. — Артем задумался, стоит ли говорить, но все же произнес: — Пашку помнишь? Вот он тоже пойдет. И еще пара ребят.
— Пашка-то как? — сдержанно удивился я. — Он же плотно под Черниговскими.
— Да те уже в клубе, почти самые главные, — пожал друг плечами. — Видимо, к себе через испытание тащат.
— Девушек с собой берете? — пока напряженно думал, озвучил я пустяк.
— Нет, они пойдут довеском.
— Что от меня нужно? — спросил я напрямик.
— Совет… Не знаю… — как-то даже расклеился Артем. — Мне запрещено просить помощи у клана, и я дал в этом свое слово. Даже аналитиков — и тех не привлечь.
— Давай так, — сосредоточился я. — Ситуация мутная. Отказаться не можешь. Новое задание не дадут. Все верно?
— Абсолютно.
— Если все сорвется и вас повяжут, будет на тебе имперское преступление.
— Так.
— Последствия для тебя? — уточнил я крайне важное.
— Не могу сказать точно, — постучал он пальцами по деревянному подлокотнику. — Плаха для остальных — без вариантов. Пашку, может, еще откупят. Меня не тронут, — все же ответил он, но без уверенности.
— А если это ограбление не сможет произойти? — сдержанно улыбнулся я.
— Как это? Если мы все струсим?
— Нет, — терпеливо ответил я, — если, к примеру, этот банк случайно ограбят
